Расцепляю наши ладони и подхожу к своему рюкзаку, чтобы достать оттуда боксеры, которые я и надеваю, снимая с себя штаны, оставаясь обнаженным, так и чувствуя голодный взгляд на своей попке.
Поворачиваясь, вижу, что Билл делает обратное действие. Он уже лежит в своем спальном мешке и наверняка пытается уснуть – жаль места мне там нет. Посмотрев на все еще горящий костер, я решил не тушить его, пусть греет нас, пока не догорит последний хворост. Через несколько минут уже и я лежу в своем постеленном спальном мешке – ох, уж интересно, сколько же насекомых за ночь по нам поползает.
Желая быть ближе к Биллу, я, буквально подползаю к нему, немного потянув собачку на застежке мешка, вытаскиваю руки и обхватываю ими спрятанное тоненькое тело моего мальчика. Чувствую, как оно мелко подрагивает, видимо от холода или же по какой другой причине, но все-таки я рядом, сейчас мне хорошо. А что будет потом… Даже не хочу об этом думать, до этого еще дожить надо, как говорит Марк.
- Спокойной ночи, любимый, – шепчу, по всей видимости, уже спящему Биллу.
Не получив ответа, я закрываю уставшие глаза и через некоторое время проваливаюсь в сладкий сон, не тревожимый никакими горными и лесными звуками.
POV Tom
Разбудили меня какие-то странные громкие звуки, которые, после того как проснулся мой мозг, показались мне раскатами грома, что меня признаться честно очень удивило. Притом, что вчера погода несказанно радовала нас своим теплом.
Еще не продрав глаза, я почувствовал под своим левым боком что-то жмущееся и трясущееся. «Что-то» оказалось «кем-то», единственно верным вариантом мог быть только Билл, ну не поверю я, что медведю придется по душе спать со мной, хотя, не исключено. Только мне совсем не понравилось, что мой мальчик весь трясется.
Повернувшись, я не обнаружил вчерашнего дикого брюнета, который был готов разорвать меня, сейчас он похож на детеныша олененка, который только-только родился и неконтролируемо дрожит.
При детальном рассмотрении оказалось, что Билл каким-то образом почти весь вылез из своего спального мешка, волосы на руках встают дыбом, представляю, как ему сейчас холодно.
Тихонько ругнувшись сквозь зубы, я хотел было обнять моего мальчика, но, все же не решившись, я начал его будить – мало ли, как он отреагировал бы на мои «дружеские» объятия – гладя голое нежное плечико. Что-то проурчав во сне, Билл начал недовольно ворочаться и дергать плечом, отбиваясь от моей ласки.
- Просыпайся, любимый, – я мгновенно осекся на последнем слове, помня, что брюнету это не нравится, – Пора вставать, – все-таки нежность из голоса я убрать не могу, только при виде моего мальчика я превращаюсь в сопливую влюбленную девчонку.
А тем временем листва на деревьях начала угрожающе шуметь при каждом сильном порыве ветра, ничего хорошего не предвещая. Чувствую своей больной попой, что будет дождь, нет, даже ливень. Это и невооруженным глазом видно.
- Черт… – взглянув на небо, я был удивлен, увидев там вместо вчерашнего голубого – как символично – пространства с белоснежными облаками, тошнотворно серое полотно, которое с приближением к нам становилось все темнее и темнее.
Аккуратно отодвинувшись от Билла, я быстро выскочил из своего спального мешка, сверкая розовыми пятками, добрался до своего рюкзака. Достав оттуда спортивный костюм, я быстро натянул его. Черт, еще и дреды мокрые! И помыться бы не мешало, а то после вчерашнего.. кхм..
Вынув из рюкзака моего мальчика и его комплект одежды, я положил его рядом с ним – какой я заботливый. Но он так и не хочет, по всей видимости, просыпаться, лишь отворачивается в противоположную сторону, чтобы я не видел его блаженного лица, видимо что-то очень приятное снится, надеюсь я.
- Билл! – ничего не в силах больше сделать, я просто крикнул имя брюнета, надеясь, что он все же соизволить распахнуть свои прекрасные глаза и устремит своей блестящий взор на меня, удостоив такой чести.
К моему превеликому счастью почти так и произошло, только Билл кажется, сейчас прожжет во мне дыру, если и дальше будет злобно смотреть, лениво моргая пушистыми, немного слипшимися после сна ресницами.
- Что за черт…? – первые слова после пробуждения, будто первый крик младенца.
- Одевайся, едем домой! – коротко, жестко и ясно, чтобы не задавал лишних вопросов, а то знаю я его, как обычно начет расспрашивать и возмущаться, – Одежда рядом, – говорю, смягчив тон.
Я сразу же отворачиваюсь, чтобы не стеснять моего мальчика, когда он будет одеваться – все для того, чтобы ему было комфортно со мной, скоро буду это как мантру повторять. Сам же я начал собирать наши пожитки по рюкзакам, наспех запихивая, даже не заботясь о том, что все топорщится, а ведь еще и спальные мешки. Костер тушить не надо, за ночь он весь сгорел, оставив после себя маленькие угольки и пепел.
Вокруг все поразило громким раскатом грома, да так, что даже я вздрогнул. В голове появились мысли, что мы можем и не доехать до дома, надеюсь, что Билл об этом не думает.
Развернувшись, я вижу немного напуганного брюнета, который раскрыв рот, хочет что-то сказать.
