Всю войну под завязку я все к дому тянулся,И хотя горячился — воевал делово, —Ну а он торопился, как-то раз не пригнулся —И в войне взад-вперед обернулся за два года — всего ничего. Не слыхать его пульса С сорок третьей весны, — Ну а я окунулся В довоенные сны. И гляжу я дурея, И дышу тяжело: Он был лучше, добрее, Добрее, добрее, — Ну а мне — повезло.Я за пазухой не жил, не пил с Господом чая,Я ни в тыл не просился, ни судьбе под подол, —Но мне женщины молча намекали, встречая:Если б ты там навеки остался — может, мой бы обратно пришел?! Для меня — не загадка Их печальный вопрос, — Мне ведь тоже несладко, Что у них не сбылось. Мне ответ подвернулся: «Извините, что цел! Я случайно вернулся, вернулся, вернулся, — Ну а ваш — не сумел».Он кричал напоследок, в самолете сгорая:«Ты живи! Ты дотянешь!» — доносилось сквозь гул.Мы летали под Богом возле самого рая, —Он поднялся чуть выше и сел там, ну а я — до земли дотянул. Встретил летчика сухо Райский аэродром. Он садился на брюхо, Но не ползал на нем. Он уснул — не проснулся, Он запел — не допел. Так что я вот вернулся, Глядите — вернулся, — Ну а он — не успел.Я кругом и навечно виноват перед теми,С кем сегодня встречаться я почел бы за честь, —Но хотя мы живыми до конца долетели —Жжет нас память и мучает совесть у кого, у кого она есть. Кто-то скупо и четко Отсчитал нам часы Нашей жизни короткой, Как бетон полосы, — И на ней — кто разбился, Кто взлетел навсегда… Ну а я приземлился, А я приземлился, — Вот какая беда…1975<p>Баллада о детстве</p>
