— Плюс таинственное исчезновение «Ириды»… Может быть вы объясните мне, что все это означает? — с вызовом спросил он.
— Не сомневайся, мы, безусловно, разъяснили бы тебе все, если бы сами хоть что-то понимали, — ответил Маккуин и добавил, заметив кислую мину на лице Коллинза:
— Впрочем, утешься. Твоя информация очень ценна в плане воссоздания полной картины произошедшего. Более того, она полностью укладывается в русло того, о чем только что мне поведал капитан Паркер. Поэтому, полагаю, поиски пропавшего экипажа «Айовы» можно с чистой совестью прекратить. Кажется, мы знаем, где он пребывает в настоящее время. Вот только непонятно, с какой именно целью.
— Ты о чем? — встрепенулся Коллинз. — Если не секрет, конечно.
— Да какие уж тут секреты, — поморщился Маккуин. — Тем более от тебя. И так уже весь Пояс гудит по поводу происшествия с «Иридой». А представляешь, что здесь начнется, когда информация дойдет до Марса и Земли?.. Вот когда нам станет особенно весело. Так что готовься.
Он повернулся к Паркеру.
— Э-э… капитан. Повторите, пожалуйста, вашу историю еще раз. Коллинзу будет интересно, да и мне, признаться, тоже. Вдруг вспомнятся какие-нибудь детали. Хоть что-то, за что можно будет зацепиться. Так что начинайте, мы слушаем.
— Ну хорошо, — пожал плечами Паркер. — Пусть будет еще раз.
Тишину рубки нарушало лишь легкое пение вентиляторов. В полумраке слабо светились многочисленные экраны, свидетельствуя о том, что все системы готового к старту звездного корабля функционируют нормально. На вынесенном далеко вперед подковообразном пульте управления весело перемигивались многочисленные огоньки. Ни один из них не мерцал тревожным красным светом, и это было хорошо. И было бы еще лучше, если бы так продолжалось в течение всего полета. И ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.
С высоты командного мостика Паркер прекрасно мог наблюдать за всем, что происходит в нижней части довольно-таки тесного помещения. Впрочем, какой это мостик, так, одно название. Просто небольшое возвышение в хвостовой части рубки, созданное специально для того, чтобы предоставить капитану возможность полностью контролировать действия экипажа. И вмешаться, если ситуация по какой-то причине станет выходить из-под контроля.
Прямо перед пультом во внутренней части подковы возвышались два массивных противоперегрузочных кресла, в чьих мягких объятиях сейчас изнывала от безделья вся небольшая команда звездолета — пилот и астронавигатор Уолш в кресле справа и бортинженер Моррис слева. Оба в ожидании старта, который, согласно таймеру обратного отсчета, выведенному на один из экранов, состоится еще очень и очень нескоро. Сорок с лишним минут… и ничего нельзя сделать, несмотря на полную готовность корабля и экипажа.
Теоретически стартовать можно было бы прямо сейчас, достаточно всего лишь ввести небольшие изменения в программу запуска, и несомненно, Паркер именно так и поступил бы, если бы речь шла о любой другой звездной системе. Например, Горгоны или того же Радаманта… или Латоны. Но только не здесь, вблизи Солнца.
Пассажирские, грузовые и исследовательские корабли непрерывным потоком пересекают пространство над космопортом Асари во всех направлениях, поэтому вероятность того, что какой-то из них внезапно окажется на пути разгоняющегося звездного корабля, представляет собой весьма существенную величину, пренебрегать которой совершенно не следует. Не говоря уж о вспомогательных судах типа всевозможных буксиров и челноков, чьи траектории вообще предсказать заранее в подавляющем большинстве случаев оказывается попросту невозможно. А ведь существуют еще и сателлиты всех мастей…
Н-да… Поэтому скажем спасибо диспетчерской службе космопорта Асари и персонально ее руководителю Коллинзу, выполняющим адову работу по расчистке траектории как прямо по курсу «Ириды», так и позади нее.
Спрашивается, а позади-то зачем? Хм… На этот дилетантский вопрос можно ответить лишь другим вопросом: а как вы полагаете, что произойдет с любым судном, попавшим под выхлоп фотонных ускорителей «Ириды»? Не знаете? Тогда я вам отвечу. Если под ударом мощнейшего потока излучения, порождаемого реакцией аннигилляции, подобное судно и не распадется клубком радиоактивной пыли, то его экипажу уж точно не позавидуешь. Мучительная смерть от лучевой болезни либо, если повезет, длительное лечение с непредсказуемым результатом.
Так что возблагодарим небеса за то, что у нас есть Коллинз с его командой, и продолжим безропотно ожидать назначенного времени.
Паркер тихо вздохнул и слегка поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее.
