— Ифрит поджег несколько домов. Хорошо еще, что ветер был несильный и пожар не успел перекинуться на соседние крыши, прежде чем тварь обезвредили. Но я-то видел не ифрита, а флинта. Ну, знаете, он будто из булыжников состоит. Тварь — ожившая каменюка.
— Я знаю, можешь не объяснять, — сказал Эйсхард.
— Так вот, я увидел его из окна, а он увидел меня. Увидел и давай ручищей-кувалдой по стене долбить. Я, мелкий, вместо того чтобы сбежать, стою на месте и ору. Потом увидел в конце улицы одаренного. Их-то сразу можно узнать издалека.
Листори прервался на полуслове и посмотрел вниз, на свою форменную кожаную куртку с эмблемой Тирн-а-Тор на груди.
— Надо же, теперь вот и я сам скоро стану одаренным. А ты, Дейрон? Видела тварей?
Я отдернула руку от плеча: проклятие, во время рассказа Листори я, оказывается, невольно терла рану. И от взгляда Эйсхарда не ускользнуло мое движение.
— Нет, — ответила я.
— А как же Прорыв? Тебя там разве не было?
Какой ты тактичный, Листори! Ну давай, спроси в лоб, видела ли я, как отец снимает щиты.
— Не было.
— Слушай, Дейрон, нам вот всем интересно, если бы ты знала, чего твой отец замышляет, ты бы его остановила?
Вопрос, который я и сама себе задавала тысячу раз. Догадайся я тогда, ночью, что собирается сделать отец, смогла бы я его удержать от чудовищного поступка? Нашла бы нужные слова? Или бросилась бы на полковника Дейрона с голыми руками, используя против него те самые приемы, которым он меня и обучил? Или… поверила бы, что снять щиты необходимо? Я не знаю.
— Ты бы заткнулся, Листори! И привел бы нас уже в столовую!
— А ты че такая наглая, Дейрон?
Листори резко повернулся и сделал обманное движение кулаком. Я знала, что он остановится, чуть-чуть не донеся его до моего носа. Он такое уже проделывал. В первый раз ему ответочка прилетела по уху, но с тех пор я и бровью не вела на провокации.
Кто меня по-настоящему удивил, так это Эйсхард.
Он поймал кулак Листори в полете и откинул руку кадета — тот пошатнулся и впечатался в стену.
По-моему, и сам Лед удивился своему деянию не меньше Листори, который потирал запястье и хлопал глазами.
— Да мы шутим! — воскликнул он.
— Ага, — мрачно подтвердила я. — Постоянно так веселимся. Ха-ха.
— Десять штрафных баллов. Обоим! — рявкнул Лед. — Ты, кстати, не сдал, кадет.
И первым пошел вперед по дороге, ведущей в столовую. Я так обрадовалась, что скоро наконец-то смогу поесть, что и на штрафные баллы плюнула.
В том, что сама я зачет сдам, я нисколько не сомневалась.
Бежали дни, сливаясь в один бесконечный, наполненный заботами день. Вечером я только успевала закрыть глаза, как наступало утро и все начиналось сначала.
В середине месяца полузимника резко похолодало, и с неба повалила снежная крупа. Полигон затянули защитным куполом, однако он лишь едва уберегал от мороза. Нам выдали кожаные перчатки и вязаные шапки для занятий на свежем воздухе, но колючий воздух царапал легкие, изо рта вырывались облачка пара.
Академический парк опустел и погрустнел. Клумбы на зиму укрыли еловыми ветками, чернели голые стволы деревьев, желтые и красные листья под ногами превратились в бурую кашу. Жаль, что снег в центральных районах Империи быстро тает, не то что у нас на Севере. Снег, сверкающий днем на солнце, словно усыпанный алмазной крошкой, делает мир свежим и чистым. Дарит надежду.
Я не успела заметить, как с начала учебы пролетели два с половиной месяца. Преподаватели будто сговорились и на каждом занятии напоминали о грядущей сессии. Причем каждый считал именно свой предмет самым важным.
Мейстери Луэ и мейстер Шоах заканчивали каждую лекцию контрольной работой. Ладно, я согласна насчет бестиария: знать особенности тварей Изнанки жизненно необходимо, но чем мне поможет в жизни дата коронации Эдмунда II?
Мейстер Рейк и мейстер Тугор так и вовсе как будто устроили между собой соревнование, решая, что важнее: полоса препятствий или практикумы по специализации. Хорошо хоть до тварей Изнанки нас пока не могли допустить без сдачи зачета у тренера. У меня голова порой шла кругом от плотного расписания.
— Не вздумайте сейчас себя жалеть, иначе пожалеете потом! — напутствовал нас мейстер Рейк каждую среду перед очередным испытанием на полосе препятствий. — Лучше обратите свой страх себе на пользу. Узнавайте о повадках тварей, учитесь работать в команде! Укусы, ссадины и синяки — небольшая плата за бесценный опыт.
Теперь звенья заходили в пространственный карман без командиров, предоставленные сами себе. Но, как ни пугал нас тренер, после третьего раза стало совсем не страшно: полоса препятствий не менялась. Ее создавали заново лишь раз в году — для новичков.
