Стараясь не выдать своего волнения, Ханников раскрыл блокнот, перевернул исписанные страницы и записал: «Серьезно. Проверить». Неторопливо захлопнул блокнот и положил его в полевую сумку.
– И кто с вами поделился сроком покушения на Гитлера?
– Первый раз инструктаж со мной провел адмирал Канарис. Затем он передал меня полковнику Хансену.
– Кто из высшего командования рейха состоит в заговоре?
– Генерал-фельдмаршал Вернер фон Бломберг[45]. С тридцать третьего по тридцать восьмой год он был министром имперской обороны. На совещании, незадолго до войны с Советским Союзом, фон Бломберг и командующий сухопутными вооруженными силами генерал-полковник Вернер фон Фрич[46] открыто выступили против планов Гитлера, задумавшего нанести сокрушительные удары по соседним странам: Франции, Польше, России. Уверен, что его преждевременный уход в отставку далеко не случаен… Оба высших чина понимали, что реализация плана Гитлера приведет Германию к грандиозному поражению, куда более страшному, чем то, что произошло со страной в 1918 году. Практически после этого совещания их военная карьера закончилась. Обоих генералов грубо скомпрометировали и отправили в отставку. Есть еще ряд офицеров, входящих в заговор против Гитлера, о которых я могу поведать только вашему министру.
– Вам известно, кто должен устранить Гитлера и где именно это произойдет?
Слегка приподняв голову, перебежчик произнес:
– Да. Мне известен даже час, когда именно это произойдет.
– Вот даже как… И все-таки, как вы можете доказать, что связаны с заговорщиками? Меня интересуют факты. Вы можете их назвать?
– О том, что я сейчас вам расскажу, знает лишь ограниченный круг людей…
– Я внимательно слушаю.
– Мы уже не однажды предпринимали попытку уничтожить фюрера. Мне известно лишь о некоторых покушениях на Гитлера, а их было немало. В последних из них принимала участие наша команда… Могу рассказать, что произошло тринадцатого марта сорок третьего года… В это время Гитлер посещал Смоленск. Генерал-майор фон Тресков[47] и юрист фон Шлабрендорф[48] подложили в его персональный самолет ящик с коньяком, в двух бутылках находилась взрывчатка. Но взрыва не произошло. Мы предположили, что взрыватель не сработал из-за слишком низкой температуры в багажном отделении, так как самолет поднялся на большую высоту. Гитлеру очень повезло… Тогда было принято решение, что генерал-майор барон фон Герсдорф[49] взорвет себя вместе с Гитлером в Берлине на выставке трофейного советского вооружения. Но фюрер по каким-то причинам покинул экспозицию раньше запланированного времени, как будто бы предчувствовал предстоящее покушение. Я еще тогда подумал, что у Гитлера обостренное чутье на опасность… Позже фон Герсдорф рассказывал нам, что он едва успел деактивировать детонатор, ведь могли быть большие жертвы среди военных. Но мы намеренно пошли на такой шаг, только чтобы уничтожить Гитлера… Был еще один случай, когда покушение должно было состояться. Адольф Гитлер захотел осмотреть новое обмундирование для офицеров и унтер-офицеров вермахта и распорядился, чтобы на осмотре присутствовал в качестве главного эксперта опытный фронтовой командир из младшего офицерского состава. Было решено воспользоваться этим обстоятельством, и мы организовали дело таким образом, чтобы этим человеком стал гауптман[50] Буше[51], убежденный противник Гитлера. Намечалось, что он взорвет себя вместе с Гитлером во время примерки, используя две замаскированные мины, спрятанные в карманах шинели. Все было спланировано наилучшим образом, у фюрера не оставалось ни единого шанса, чтобы уцелеть. Мины должны были разнести в клочья Гитлера и бедного Буше! Эшелон, в составе которого находился вагон с одеждой, уже подъезжал к Восточной Пруссии, но был внезапно атакован британской авиацией и полностью разгромлен! Случилась одна из тех непредвиденных ситуаций, что не единожды спасали Гитлеру жизнь. Демонстрация нового обмундирования не состоялась. – Губы Шварценберга плотно сжались, образовав упрямую белую линию. В твердости характера майору не откажешь. – Порой мне действительно начинает казаться, что у Гитлера есть какое-то высшее предназначение, как он сам о себе говорит. Его нередко спасают некие высшие силы, вот только я никак не могу понять, для чего они это делают?! Я вам привел достаточно доказательств, чтобы вы мне поверили, или мне продолжить?
– Вы не ответили на мой вопрос, где именно планируется покушение на Гитлера?
– Оно должно состояться в его восточной ставке «Волчье логово» в интервале с пятнадцатого по двадцать пятое июля. Но, скорее всего, устранение Гитлера произойдет именно двадцатого июля.
– Какова цель этого покушения?
Майор знал больше, чем говорил. Фразы из него приходилось вытаскивать буквально клещами.
– После устранения Гитлера мы рассчитываем заключить с Россией перемирие, – твердо произнес Шварценберг.
– Нам бы хотелось знать имя человека, который устранит Гитлера.
