В результате, ни одна из сторон не добилась выполнения всех поставленных перед собой задач, не смотря на долгие годы подготовки к данному противостоянию. Японцам не удалось взять под единоличный контроль воды Желтого моря, тем самым срывая все сроки развертывания армии. Зато у них вышло наглядно продемонстрировать превосходство своих кораблей линии над русскими и изрядно понизить уровень опасения ввязывания в войну с европейской державой. Пусть и не без неприятных потерь. Намного больших, чем понес противник! Тем не менее, они хоть сейчас могли выставить на шахматную доску противостояния четыре практически не поврежденных броненосца, против такого же количества несколько более поврежденных русских, тогда как все остальные одноклассники требовали продолжительного ремонта. Так что в этом плане вице-адмирал Того преуспел. Русские же, умудрились разыграть партию двух заранее подготовленных ловушек не менее чем на 70 %. Во всяком случае «Асаму» и «Адзуму» можно было смело вычеркивать из списков противников, что виделось крайне позитивным с точки зрения ведения крейсерской войны у берегов и на коммуникациях противника. В ту же копилку можно было отнести факт нанесения значительных повреждений остальным четырем японским броненосным крейсерам. Все же без поддержки хотя бы одного из них даже четверка «эльсвиков» не отважилась бы лезть на «Россию» или «Рюрика» с их эскортами. Но вот потеря «Памяти Азова» в эти планы никак не входила, как и временное выбывание из игры почти всех броненосцев. Не оправдала возлагаемых надежд и засада на японских миноносников. Слишком многим удалось уйти, чтобы впоследствии тревожить главные силы русского Тихоокеанского флота неожиданными ночными атаками. Все же Дальний, это вам не Порт-Артур с его узким горлышком единственного прохода. Акватория залива Талиенван никак не способствовала сбережению кораблей от минных атак, так что в этом плане японские миноносцы виделись даже большей угрозой, нежели японские броненосцы. Потому экипажи сторожевых судов, пограничных крейсеров и крейсеров 2-го ранга впереди ожидали очень веселые деньки и поистине безумные ночи.
А пока на дальних рубежах империи гремели первые залпы новой войны, в блистательном Санкт-Петербурге уже вовсю готовились к следующей. Постаравшийся отмежеваться от роли Кассандры гость из будущего был вынужден подхватить упавшее знамя Виктора Христиановича в деле управления не только верфью, но и всеми теми столичными заводами, в которых пароходство имело долю. В принципе, он и так принимал посильное участие в ряде проектов, время от времени отвлекаясь на создание очередного кинематографического шедевра, что успели завоевать любовь публики по всему миру и превратили именно Санкт-Петербург в мировую столицу нового вида искусства. Но, в отличие от художественных фильмов, управление многочисленными проектами, направленными на перевооружение армии и флота, требовало столь обширных познаний в плане точных наук, похвастать коими Иван Иванович не мог. Нет, вовсе не потому что он был глупее предков. Просто, ни времени на учебу, ни подобной потребности, прежде не было. Нынче же, когда появилась потребность, времени не осталось вовсе, вот и приходилось рассчитывать на те запасы прочности, что были заложены в многочисленные начинания еще при Иенише. Благо все непосредственные исполнители генерируемых отставным капитаном 1-го ранга идей остались на своих местах и не помышляли о смене работодателя. Хотя, возможно, в этом крылся не столько успех в плане руководства принявшего бразды правления Иванова, сколько начавшаяся грандиозная реорганизация производственных мощностей столичных верфей, вся деятельность последних лет которых сводилась к подготовке именно к начавшейся войне. Соответственно и заказы флота размещались с таким прицелом, чтобы получить максимум именно к назначенной дате. Что, по сути, удалось выполнить практически полностью. Разве что четверка кораблей, что должны были стать переходными от эскадренных броненосцев к линкорам, могли поспеть только к завершению боевых действий. Но подобное учитывалось в планах, потому ничего смертельного в этом факте не имелось.
Зато после, образовывался вакуум. Намеченная к реализации кораблестроительная программа подходила к концу, как и выделенные на нее сотни миллионов рублей, оставляя тысячи людей фактически без работы. И чтобы по максимуму воспользоваться образующимся разрывом, крупнейшие судостроительные предприятия принялись подготавливать свои основные производственные мощности к созданию кораблей следующих поколений. Так, с грехом пополам справлявшиеся с задачами эллинги и производства Адмиралтейства попросту упразднялись, позволяя сосредоточить все активы казенной верфи на Галерном острове. Там же производилась достройка крейсера 1-го ранга «Дир», систершипа убывшего на Дальний Восток «Олега».
