Мы сворачиваем в боковой ход. Вскоре под ногами захлюпали лужи, по краям пешеходной дорожки тянулись водоотводные канавки - идеальные поилки для летучих мышей. Луч фонаря прыгнул вверх, и над нашими головами зашевелилась большая живая гроздь слепленная из костлявокрылых полуптиц-полузверьков. Холодные мурашки побежали по спине - экая пакость, однако! Даром, что полезная - комаров жрет.
Говорят, души погибших моряков вселяются в чаек. Тогда души эсэсовцев должны обращаться в летучих мышей. И судя по количеству гнездившихся под бетонными сводами нетопырей - вся дивизия «Мертвая голова», бесследно исчезнувшая в 1945-ом в мезерицком подземелье, до сих пор укрывается от солнечного света в виде рукокрылых тварей.
Прочь, прочь отсюда и как можно скорее!
Лет десять назад полковник Лискин вместе с командиром одной рот Мендзыжечского гарнизона капитаном Гамовым обследовали самое большое здешнее озеро.
«Сели в лодчонку, - делится своими впечатлениями Лискин, - и, поочередно меняясь на веслах, за несколько часов обогнули озеро. Мы шли в непосредственной близости от берега. С восточной стороны озера возвышались несколько мощных, уже поросших подлеском, холмов-терриконов. Местами в них угадывались артиллерийские капониры, обращенные фронтом на восток и юг. Удалось заметить и два, похожих на лужи, маленьких озерка. Рядом возвышались щитки с надписями на двух языках "Опасно! Мины!"
- Терриконы видите? Как египетские пирамиды. Внутри них разные потайные ходы, лазы. Через них из-под земли наши радиорелейщики при обустройстве гарнизона доставали облицовочные плиты. Говорили, что "там" настоящие галереи. А что касается этих лужиц, то по оценке саперов это и есть затопленные входы в подземный город, - сказал Гамов и продолжал:
- Рекомендую посмотреть еще одну загадку - остров посреди озера… Несколько лет назад часовые маловысотного поста заметили, что этот остров на самом деле не остров в обычном понимании. Он плавает, точнее, медленно дрейфует, стоя, как будто на якоре.
Я осмотрелся. Плавающий остров порос елями и ивняком. Площадь его не превышала пятидесяти квадратных метров, и, казалось, он действительно медленно и тяжело покачивается на черной воде тихого водоема.
У лесного озера было и явно искусственное, юго-западное и южное продолжение, напоминающее аппендикс. Здесь шест уходил в глубину на два-три метра, вода была относительно прозрачной, но буйно растущие и напоминающие папоротник водоросли совершенно закрывали дно. Посреди этого залива сумрачно возвышалась серая железобетонная башня, явно имевшая когда-то специальное назначение. Глядя на нее, я вспомнил воздухозаборники московского метро, сопутствующие его глубоким тоннелям. В узкое окошко было видно, что и внутри бетонной башни стоит вода.
Сомнений не было: где-то подо мной подземное сооружение, которое зачем-то потребовалось возводить именно здесь, в глухих местах под Мендзижечем.»
А возводить его понадобилось именно затем, зачем был создан весь укрепрайон: для того чтобы навесить мощный замок на главную стратегическую ось Европы - Москва-Варшава-Берлин-Париж. За сотню километров до сердца Германии и был создан этот бронежелезобетонный щит.
Китайцы построили свою Великую стену, дабы на тысячи ли прикрыть границы Поднебесной империи от вторжения кочевников. Немцы сделали почти то же самое, воздвигнув Восточный вал - Ostwall, с той лишь разницей, что проложили свою "стену" под землей. Сооружать ее они начали еще в 1927 году и только через десять лет закончили первую очередь.
По замыслу германских фортификаторов подземелья Восточного вала должны были стать новейшим словом в военно-инженерном искусстве и превзойти знаменитую линию Мажино. Это по сути дела первая попытка осуществить фантастическую идею «войны машин» при помощи автоматов, гранатометов, и стационарных огнеметов, бронированных казематов для орудий вооруженных противотанковых орудий и, наконец, тяжелых бронированных батарей. Более того, Мезерицкий укрепленный район строился для ведения боевых действий в условиях общеевропейской химической войны. Поэтому все наружные сооружения были тщательно герметизированы, а в каждом бункере-форту были установлены мощные вентиляционно-фильтровальные станции.
Полагая отсидеться за этим «неприступным» валом, гитлеровские стратеги двинулись отсюда сначала на Варшаву, а потом на Москву, оставив в тылу, захваченный Париж. Итог великого похода на восток известен. Натиск советских армий не помогли сдержать ни противотанковые «зубы дракона», ни бронекупольные установки, ни подземные форты со всеми их средневековыми ловушками и наисовременнейшим оружием.
В зиму сорок пятого бойцы генерала Гусаковского проломили этот «непроходимый» рубеж и двинулись напрямую к Одеру.
