- Это был самый настоящий "конвейер смерти". - Вспоминал геройский подводник Балтики капитан 1 ранга Петр Денисович Грищенко. - Командиры лодок на Военном совете пытались высказать свое мнение о нецелеобразности таких боевых действий. Однако понадобилась, чтобы погибли еще четыре подлодки - Щ-408, Щ-406, С-9 и С-12 - прежде, чем командование решило поберечь свои корабли.
Было бы несправедливо не сказать о том, что в паре с С-7 вышла и другая наша подлодка - Щ-305 под командованием капитана 3 ранга Дмитрия Сазонова. Они вместе прорвались в Аландское море и вместе разделили одну и ту же судьбу. «Щука» пережила свою напарницу всего на две недели… Обстоятельства трагедии почти те же (их установил по документам, присланным из Хельсинки, контр-адмирал в отставке Ю.Руссин): финская подводная лодка "Ветехинен" (командир капитан-лейтенант Лейно) выследила нашу "щуку" в ту ночь, когда она всплыла на зарядку аккумуляторной батареи. "Ориентируясь по работе дизелей советской лодки, - сообщают архивные документы, - капитан-лейтенант Лейно сблизился с ней, и в 22 часа 50 минут обнаружил Щ-305 по пеленгу 230 градусов на дистанции 1,7 километра. В 22 часа 55 минут "Ветехинен" с дистанции менее 2 кабельтовых (менее 400 метров - Н.Ч.) произвел двухторпедный залп и одновременно открыл артогонь. Однако торпеды в цель не попали. Тогда капитан-лейтенант Лейно решил таранить подлодку противника и через две минуты нанес ей удар форштевнем в левый борт. Удар был так силен, что Щ-305 сразу же затонула." С нее не спасся никто. Лежит сазоновская лодка на несколько миль восточнее от того места, где обнаружили С-7 в районе острова Симпнаса.
На пятый день после гибели С-7 - 26 октября - финская подводная лодка "Ику-Турсо" (командир капитан-лейтенант Паккала) выследила всплывшую в надводное положение для зарядки аккумуляторных батарей еще одну "щуку" - Щ-308 (командир капитан-лейтенант Л. Костылев). Она торпедировала ее, как сообщают финские документы, в проливе Серда-Кваркен. Подлодка легла на грунт со всем экипажем в отсеках…
За каких-то две недели финские субмарины потопили три советских подлодки, больше половины того, что имел подводный флот Финляндии, который за всю войну не потерял ни одного своего корабля.
В чем причина такого успеха? Финские подводники воевали лучше наших? Нет. Просто противник подстерегал советские лодки после изнурительного прорыва многорядных сетевых заграждений и минных полей, когда те, израсходовав энергозапасы, вынуждены были всплывать для зарядки аккумуляторных батарей. А когда лодка бьет зарядку, ее слышно в ночной тиши на много миль окрест. Сама же она, кроме грохота своих дизелей, ничего не слышит. Видит же настолько, насколько позволяет видеть дымка ночного моря. Вот тут их и настигали вражеские торпеды. Так браконьеры бьют рыбу, обессиленную длительным переходом, подкараулив ее в теснине. Но на войне, как на войне. Тем более на той - морской, неограниченной никакими рамками - беспощадной…
Финские подводники действовали вблизи от своих баз, а дома и стены, даже если это всего лишь скалы, помогают. Боевой дух финских моряков питался горечью недавней "Зимней войны", когда границы их родины перешли советские войска, в чьих обозах следовало коммунистическое правительство, призванное установить в Финляндии новый порядок. Торпеды финских субмарин были тем бумерангом, который вернулся к нам из сорокового года в сорок второй, и обрушился на головы балтийских подводников. Сегодня историки все чаще и чаще говорят о том, что если бы Сталин не начал бои на Карельском перешейке, маршал Маннергейм сумел бы сохранить нейтралитет во второй мировой. Тогда и блокада Ленинграда не была столь жестокой, и советские подлодки не гибли в Аландском море. Но история, как известно, не знает сослагательного наклонения… Речь сейчас о другом.
