Титто терялся в догадках. Еще бы ему не слышать о всесильном доне, когда французы прожужжали о нем все уши: ведь девчонка, которую они похитили, была племянницей дона Лоренцо! Здесь своя моссади и свои законы в ее «семье». Значит, придется отдуваться за грехи толстяка и Мирадора? Наверное, англичанина уже удавили в тюрьме, теперь пришел черед Титто, а за ним не минует чаша сия и французов. Помертвевшими губами неаполитанец начал читать поминальную молитву, ожидая, что вот-вот на шее затянется петля гаротты.
- Не тревожь зря Всевышнего, - произнес повелительный голос. - Тебя звали для переговоров, а ты замыслил убийство.
- Хороши переговоры, - буркнул Титто и осекся, увидев высокого седого человека. Неужели это и есть могущественный дон Лоренцо?
- Я могу подарить тебе жизнь, свободу и быстро переправить по другую сторону Альп, где каморре труднее искать тебя, - предложил маркиз. - Еще помогу получить новые надежные бумаги и дам денег. Мне известно, почему ты скрываешься, но я сначала хочу знать, почему ты встал на сторону моих врагов.
- Меня нанял в качестве слуги и телохранителя француз по имени Мирадор, - признался неаполитанец. - Но я не знал, что он связан с похитителями вашей племянницы. Поверьте, я не на их стороне, мне просто некуда деваться. Я признаю, что проиграл.
- Хорошо, - кивнул Лоренцо. - Ты согласен оказать мне услугу?
- Я ваш раб и слуга, дон, - склонил голову Титто.
- Нам нужны слепой старик, - вмешался в разговор незнакомец в широкополой шляпе, - лаковая шкатулка, большая рукописная книга и сумка с бумагами. Вещи были у англичанина.
- Да. я видел его сундуки, - подтвердил неаполитанец. - Но это нелегко сделать.
- Дон не спрашивает тебя, легко это или нет, - заметил вертевшийся рядом Ренато. - Тебе говорят, что нужно!
- Вы не боитесь довериться мне? - Титто поглядел на маркиза.
- Либо ты наш друг, либо каморра немедленно узнает, где ты, - жестко прозвучал ответ. - А из Модены тебя не выпустят.
- Я ваш друг, - заверил неаполитанец. - Старик болен, к нему вызывали врача и нужно торопиться.
- Вот и поторопись!
Ремень на запястьях сняли и поставили Титто на ноги. Один из моссадиери сложил наваху и сунул ему в карман куртки.
- Пусть этот человек каждый день ждет на улице в обеденное время. - Неаполитанец показал на закутанного в плащ Кутергина. - Я дам знать, когда все будет готово.
- Что с пленником? - спросил маркиз.
- Врач говорит: от старости нет лекарств, - усмехнулся южанин.
- Поторопись, - резко повторил дон Лоренцо.
Титто подхватили под руки и потащили к закрытому экипажу, запряженному парой сытых лошадей. Наблюдая, как неаполитанца усаживают в карету, Федор Андреевич шепнул маркизу:
- Ренато стар и болтлив.
- Утром двое бойких журналистов начинают записывать историю жизни моссадиери Ренато, - засмеялся да Эсти. - Это удержит его дома лучше цепей.
- Вы верите неаполитанцу?
- Сейчас он проиграл и вынужден держаться за руку сильного. Ему нужно поскорее убраться из страны, и он сделает для этого все...
Титто высадили, не доезжая несколько улиц до дома, пожелали удачи, отпустили. Недоверчивый неаполитанец стоял прижавшись к стене, пока вдали не затих стук колес экипажа, и только убедившись, что остался совсем один на слабо освещенной улице спящего городка, отправился к дому над обрывом. Дорогой он размышлял, мысленно так и сяк раскладывая остававшиеся у него на руках козыри. В любом случае, сегодня ему преподали суровый урок, и просто счастье, что он закончился благополучно, все могло быть значительно хуже: Мирадор не раз твердил о жестокой хитрости дона Лоренцо.
Дон хочет выручить старика? Ну что же, охранять его значительно труднее, чем без боя отдать дону: разве смогут Мирадор и толстяк помешать Титто? Да он просто перережет им глотки во сне, как молочным поросятам, а взломать сундуки англичанина тоже невелика сложность. Глядишь, там найдется что-нибудь и для самого Титто? Конечно, надо заглянуть в шкатулку и сумку, прежде, чем отдавать их, но неаполитанец чуял нутром - нет там ни золота, ни драгоценностей. Незнакомец в широкополой шляпе и дон Лоренцо не того склада люди, чтобы гоняться за побрякушками. Раз они сказали - там бумаги, так оно и есть. Но все равно он посмотрит: любопытно, из-за каких-таких бумаг столько хлопот?
Неожиданно Титто остановился и хлопнул себя ладонью по лбу: дурень! Ведь совершенно неизвестно, как отнесется дон Лоренцо к убийству французов - к двойному убийству, станет ли он покрывать Титго перед местными полицейскими? Стоило заранее спросить об этом, не то потом заявят: так не договаривались! За помощь спасибо, а за перерезанные глотки отдувайся сам, приятель: тебя никто не заставлял это делать и даже не намекали на желательность такого исхода.
