Он ждал Полину.
Ведь он везунчик, он самый красивый в мире кот.
Таких же не бросают, правда?
– Отстой, – сказал Роберт папе после первого же дня в новой школе. – Отстой отстойный.
– Это ненадолго, – ответил папа, не отрываясь от телефона. – После выборов вернешься к своим мажорам.
Роберт демонстративно вздохнул. Он не был уверен, что доживет до конца папиной избирательной кампании. Но, с другой стороны, Роберт сам вызвался помочь отцу. Когда тот мечтательно закатил глаза и произнес: «Вот бы молодежь подтянуть…» – какой-то черт дернул Роберта за язык и он ляпнул: «Да подтянем, не вопрос».
Но вообще-то Роби собирался подтянуть своих дружков. И подружек. У нескольких одноклассников были ничего такие YouTube- и Instagram-каналы. А в соседнем классе у одной девчонки ее анбоксинги смотрели 20 000 человек. Почему бы на этих каналах не прокачать родного отца?
Папа похвалил за идею, но решил подкорректировать. Ему нужна была поддержка «простого народа», а в гимназии у Роберта таких не водилось.
Так и оказался сын будущего мэра в убогой районной школе среди убогих детишек офисного планктона и мелких торгашей.
Роберт честно пытался с ними подружиться (хотя до конца не понимал зачем). Использовал проверенные методы: размахивал новым смартфоном, показывал фотки с Ибицы и Мальдив, упоминал звезд, которые выступали на его дне рождения… Слушали с недоверием и в друзья набиваться не спешили.
Роберту было стыдно подводить отца (сам предложил – и сам облажался), но через месяц он признался, что потерпел фиаско.
– Ничего страшного. Будем менять стратегию, – решил папа. – Как насчет того, чтобы прослыть самым умным?
Текст выступления на научно-практической конференции писал кандидат биологических наук, а переписывал простым языком доцент местного филфака. Само выступление Роберт репетировал с каким-то знатоком TED. К генеральной репетиции Роби уже тошнило от рассказа о «зеленых легких планеты» и анимированных схем, где вокруг школы вырастали сосны.
Хуже всего, что на репетицию папа не пришел, хотя клятвенно обещал. Позвонил только к концу:
– Прости, сын, форс-мажор. Ты как, готов устроить им шоу? Я на тебя рассчитываю?!
– Да не вопрос! – Роберт постарался придать голосу побольше оптимизма.
В ночь перед конференцией он долго ворочался, проговаривал про себя основные тезисы. Мысли все время перескакивали на выборы. В этот день отец навсегда бросит заниматься бизнесом. То есть перестанет мотаться в командировки, являться домой за полночь и пахать в выходные.
Когда Роберт задремал, ему приснилось, что папа уже стал мэром и они вдвоем режутся в приставку в их загородном доме.
Полубессонная ночь не прошла даром. Пока Роби произносил речь, думал только об одном – как бы не забыть слова. Все интонации, выверенные по секундомеру паузы, все «случайные оговорки» – все это вылетело из головы. И хотя училки в конце устроили овацию, никаких иллюзий у Роберта не было.
Отца он подвел.
Больше всего в жизни Роберту хотелось сразу по окончании выступления смыться, но отец одним коротким взглядом приказал подойти и сесть рядом.
И тут катастрофа стала окончательной.
Одна из новых одноклассниц, Сонька Романова, устроила то самое шоу, на которое рассчитывал папа Роберта. Говорила она какую-то ерунду, про поломанные песочницы и закрытые спортзалы, но так бодро и с таким чувством, что Роби заподозрил – у Сони тоже был спич-тренер. Хуже всего, что она вызвала восторг у папы. Он от души хлопал, широко улыбался, а в конце конференции метнулся к жюри и (как понял Роберт) обеспечил Романовой место в финале.
Всю неделю Роберт злился на отца. Отец, кажется, не замечал – у него было все больше дел и все меньше времени, – но в субботу неожиданно заявил:
– Сегодня я весь твой! Куда пойдем? Кино? Пиццерия? Дельфинарий?
Роберт недоверчиво покосился на папу. Тот ждал ответа.
– Какая разница, – буркнул Роби. – Все равно тебе сейчас позвонят, и ты уедешь по очень срочному делу.
Отец молча достал из кармана и отключил телефон:
– Так куда пойдем?
Роберт понял, что все серьезно. Мозги заработали как бешеные. Куда бы Роберт с папой ни пошел, везде отца могли узнать, завести умный разговор, начать клянчить деньги – такое уже бывало и раньше, когда папа еще не собирался стать мэром.
– А давай домой пиццу закажем, – сказал Роби. – И в приставку поиграем.
Роберт выиграл у отца три раунда «Мортал комбата» подряд, причем папа не поддавался – он честно пыхтел и расстраивался всякий раз, пропустив удар. Так что настроение у Роберта совсем улучшилось.
