– Илья, – ответил он. – Жаль, что вы носите такую прическу: очень сложно разговаривать, не видя глаз друг друга. Думаю, это ваши комплексы во всем виноваты. Вы пытаетесь загородиться от мира, и это не идет на пользу вашему «эго».
– У меня нет никакого «эго», – возразила Шура. – И чего вы меня учите? Вы кто, учитель?
– Психолог. Веду специальный семинар для тех, кто хочет расстаться с лишним весом. Возвращаю надежду отчаявшимся.
– Во как удачно я прыгнула, – пробормотала Шура. – Хотя не собираюсь пользоваться знакомством.
– Отчего же?
– Мой вес не поддается психологической коррекции. Его можно уничтожить только вместе со мной.
– Поражаюсь вашему хладнокровию, – удивился Илья. – Ни испуга, ни смущения. А ведь вы меня чуть не убили!
– Ну ладно‑ладно. Смущена. И готова договориться о компенсации. Хотите, я вам бесплатно что‑нибудь оформлю?
– Путевку в санаторий? – язвительно спросил потерпевший.
– Я дизайнер по интерьерам, – запальчиво ответила Шура. – Меня клиенты с руками рвут.
– Думаю, им от вас тоже достается.
Шура фыркнула и принялась обследовать отбитую у неприятеля рубашку. Немедленно обнаружила застегнутый на пуговицу нагрудный карман, а в нем свернутый вчетверо лист бумаги.
– Вы в самом деле обшариваете чужие вещи! – изумленно воскликнул Илья. И тут же нашел подходящее объяснение: – Этот парень что, ваш муж?
– С чего вы взяли? – удивилась она, застыв с бумажкой в руках.
– Кто, как ни жена, может так достать мужика, чтобы он без раздумий спрыгнул со второго этажа?
– Я не замужем.
– Но ведь вы залезли к нему в карман, а это нехорошо!
– Нехорошо сушки в булочной воровать. А когда охотятся за твоей подругой, следует идти на крайние меры. Вы же не знаете, чему стали свидетелем.
– Ну так расскажите.
– У меня времени нет, – довольно грубо ответила Шура. – Знаю‑знаю, я перед вами в долгу. Дайте мне свою визитную карточку, я вам позвоню и компенсирую моральный ущерб.
– И физический тоже. Вы очень интересная женщина, Шура. И это вы должны дать мне свою визитную карточку. Потому что пострадал‑то я, а вы вполне можете смыться.
– У меня нет визитной карточки, – ответила Шура, против воли покоренная «интересной женщиной». – Хотите, я покажу вам паспорт?
– Хочу, – тотчас согласился Илья.
Пока они разбирались с ущербом и с тем, кто кому должен позвонить, Тоня и Костя изнывали от нетерпения и тревоги. Поэтому, когда их отважная подруга наконец показалась на горизонте, со всех ног бросились ей навстречу.
– Где ты была? Что произошло? Кого ты там чуть не задавила? – наперебой стали спрашивать они. – А тот тип? Ты его видела?
– Видела с близкого расстояния, – вздохнула Шура. – Вот как вас сейчас. Я загнала его в капкан, но он так испугался, что спрыгнул со второго этажа. Свистнул молодецким посвистом, и за ним примчался сообщник на мотоцикле.
– Все как в прошлый раз, – сокрушенно заметил Костя. – Но ты, Александра, молодец. Ничего не боишься! Кстати, что это у тебя в руках?
Шура мгновенно заметила, что он перешел на «ты», и преисполнилась оптимизма. Приятно, когда ценят твою ловкость, силу и смекалку.
– Это военный трофей, – гордо произнесла она, показав им рубашку. Самую обычную рубашку с самой обычной биркой, где был проставлен размер и написано название фирмы‑изготовителя.
– Не очень крупный тип, – заметила Тоня. – Не гигант. Но как тебе удалось его раздеть?
– Мы боролись, – коротко ответила Шура. – И смотрите, что я потом нашла в кармане.
Она подала им тот самый листок, в который сама успела заглянуть только одним глазком. Теперь же они склонились над ним втроем, рассчитывая увидеть что‑нибудь сногсшибательное.
– Обычная компьютерная распечатка, – первым подал голос Костя. – По‑моему, здесь часть какой‑то фотографии.
Это действительно был всего лишь фрагмент женского лица, снятого в три четверти. На первом плане оказалось аккуратное ушко и вдетая в него серьга – очень красивая золотая серьга с крапинкой темно‑желтого камня.
– Боже мой! – воскликнула Тоня, вырвав распечатку у него из рук и приблизив к самому носу. – Это же мои серьги!
– Подлый тип тебя увеличил, – с трагической серьезностью заявила Шура. – Он точно на тебе помешался.
– Но это не мое ухо.
– Как это – не твое? Серьги твои, а ухо не твое?
Шура с Костей снова склонились над снимком, едва не стукнувшись лбами.
– Действительно не твое. А чье?
– Ничего не понимаю, – простонала Тоня, сжав пальцами виски. – Такого просто не может быть. Это не заводские серьги, а ручная работа, я узнавала у ювелиров. Серьги – единственное, что осталось у меня от родителей. У такой пары не может быть двойника!
– Почему не может? – принялась фантазировать Шура. – Допустим, тот, кто их изготовил, решил продублировать удачную работу.
– И спустя пару десятков лет за Тоней следит мужик, в кармане которого оказывается фотография этого дубликата, – невесело усмехнулся Костя. – Не бывает таких случайностей.
– Ну да, не бывает, – обреченно согласилась Шура. – Тут явно что‑то нечисто.
