Повесть о пионере Пете и о его друзьях: Лёше, Савве, Алисе, пожарнике Василии и двух студентах, приехавших к нам учиться из борющейся африканской республики, Мишеле и Андерсе.
Посвящается ленинградскому школьнику Алеше и Комлану Аджидо — студенту из Дагомеи
День хоть был и воскресный, но совсем нерадостный и какой-то бестолковый. Вчера у родителей были гости, засиделись они за полночь, и Петя даже слышал, как вызывали такси. По этой причине вся семья встала довольно поздно.
Нет, не то чтобы совсем поздно, а ровно настолько, что уже бесполезно было готовить завтрак в дорогу или спорить о номере лыжной мази, потому что все поезда с лыжниками уже ушли.
Петя перетаскивал стулья из комнаты в комнату и бормотал стишок, который только что сочинил:
Мама в халате ходила возле груды немытой посуды и время от времени восклицала:
— Граждане, какая позднота!..
И вдобавок ко всему Петю завалили какими-то бессмысленными поручениями: пойти узнать работает ли прачечная (это, конечно, мама), принести из почтового ящика газеты (это, конечно, папа), вытереть всю посуду (вместе, вместе, мучители!).
И наконец, в середине дня, когда все было перемыто и вычищено, расстелено и расставлено по местам, маме вдруг понадобился лимон. Срочно! Как же это она забыла! Ведь у нее задуман такой сюрприз к обеду! Петруша!..
«День воскресный, а какой-то пресный», — снова подумал Петя.
— Родители, — сказал он. — Вы меня уважаете? Когда ребенку отдых-то будет? Ведь у вас два выходных, а у меня один.
— Слыхали?… — всплеснула руками мама. — Это одноклеточное существо требует отдыха! Оно требует уважения!.. Петя-старший, кто из нас больше нуждается в отдыхе, он или я?
Папа, не отводя глаз от газеты, сказал:
— Я.
— О боже!.. — воскликнула мама. — Изверги!.. Эксплуататоры!..
Мама бросилась на папу, Петя на маму, все втроем они быстренько смяли газету и с криком и визгом свалились с дивана на пол.
Петя решил воспользоваться положением.
— Граждане, — сказал он, пока они еще сидели на полу, — не будем ссориться, давайте во что-нибудь поиграем!
— Давайте, — сказал папа, серьезно посмотрев на Петю. — Стакан, лимон — выйди вон.
Петя вздохнул и пошел в магазин за лимоном.
Трех часов еще не пробило, а день уже, вроде, кончился, и не было утренней яркости от снежных сугробов, и фасады домов уже затягивало едва уловимым сумраком.
Зачем он вышел? Ах да, за лимоном!..
И вот он уже в очереди, какая-то суета у прилавка, вон оно что — бананы продают! Бананы, лимоны… Но вовсе не до них было Пете, он внимательно вглядывался в вереницу проходящих по магазину людей.
«Может быть, — думал Петя, — может быть. Возможно, что по теории вероятности…» Он, пожалуй, ничего не знал об этой теории, да и надо ли было знать саму теорию, чтобы допустить вероятность появления нужного человека? А человек мог появиться, мог, потому что вот уже два дня, как жил в этом доме. Это был новый дом с окнами на Неву.
«Ведь столкнулись же вчера в булочной, — размышлял Петя. — «Хлеб свежий?» — «Кому как». — «Вилку-то куда понесла?» — «Не твое дело». — «Задрыга!» — «Головастик!» Да, все было именно так. Нелепость какая-то… Уши горят, как вспомнишь. Детский сад».
И не замечал он, как двигалась очередь, как отходил кто-то и просил запомнить, как кого-то не запомнили и отгоняли теперь от очереди. Люди сновали на фоне высоких стекол, трещали кассовые аппараты, в двери врывался морозный воздух, пахло сладковатым, чуть душным запахом давно сорванных фруктов. Но ничего Петя не замечал, не испытывал и не чувствовал, кроме напряженного ожидания.
Петя так бы и простоял до самых бананов, предаваясь воспоминаниям, если бы не произошел один инцидент. Он-то и вывел Петю из почти потустороннего состояния.
Какая-то женщина в пуховом платке чуть не силой подвела к прилавку молодого застенчивого негра.
— Граждане, — сказала она, — да неужто ему такой хвостище стоять! Ведь бананы!..
Негр белозубо улыбался и все помышлял отойти назад.
— Ведь бананы! — повторила женщина, и Петя, да и все, наверное, поняли, какой смысл она вкладывает в это восклицание.
— Бананы… — тихо сказал негр. — Не нада…
— Отпустить ему! — заговорили в очереди. — Хочется человеку бананов!
Женщина вдруг отобрала у негра чек и подала Пете.
— Вот на-ко! Выручи человека.
Окончательно смутившийся негр улыбнулся Пете и покорно отошел к окну.
И затем началось то, что Петя особенно не любил: когда уже все было ясно, некоторые люди стали громко обсуждать, почему негр хочет бананов и даже сколько штук он может за раз съесть.
Вышли они, разумеется, вместе, и, конечно, первым делом они познакомились. Негра звали Мишель, но в то же самое время Миша, а Петю — Петей, но в то же время Пьер.
И вот они шли — Петя и Миша, Мишель и Пьер — и ели холодные и очень душистые бананы.
Пете нравилось, что Мишель обращался к нему на «вы».
— Петя, — спрашивал, например, Мишель, улыбаясь, — в каком классе вы учитесь?
