Что он хотел сказать ни Игнат, ни Алексей не поняли. Василий вышел из машины и направился в дом, Симаков укрылся за углом. Он должен был наблюдать за окнами. Стучать пришлось не так долго. Дверь открылась и на пороге из темноты возникла фигура Латыпа.
– Ты один? – спросил его Латып.
Василий обернулся и посмотрел назад.
– Нет, я с товарищем Лениным, но в сердце. Ты что, плохо видишь, старый? А ты один дома?
Хозяин посмотрел на Корнилова. Он посторонился в сторону, пропуская Василия в дом.
– Где товар? – торопливо спросил его старик. – Принес?
– Не гони пургу, Латып, – тихо ответил Корнилов, сжимая «ТТ» в кармане своего кожаного пальто. – Кто в гости ходит с товаром? Вот и я зашел к тебе, чтобы посмотреть, как ты живешь. Короче, проверка твоих бытовых условий, как в профсоюзе.
– Живу, как видишь! Чего это мы с тобой в сенях разговариваем? Пойдем в дом!
– Пойдем, – выдержав паузу, ответил Василий.
Он на секунду замешкался в сенях, сумев сбросить крючок с двери. Корнилов вошел в дом и остановился в дверях. В зале за столом сидело трое парней, и внимательно смотрели на гостя.
– Не бойся, это – мои сыновья, – произнес Латып. – Они ребята смирные. Выходит, ты без товара?
– Я уже сказал, товар дома, – тихо произнес Василий, чувствуя, как дрогнул его голос.
– Садись, мил человек, – предложил ему хозяин дома. – Как смотришь на то, что мои мальчишки поедут к тебе домой и привезут товар сюда, а ты пока посидишь здесь у меня. Мы с тобой чайком побалуемся. Ты чай любишь или отдаешь предпочтение водке?
– Насколько я понял, выбора у меня нет?
– Сейчас я выбираю, а ты просто выполняешь….
Он не успел договорить, как в комнату буквально влетел Бабаев. Звук выстрела ударил по ушам, заставив всех вжать головы в плечи. Пуля угодила в грудь знакомого Василию паренька, тело его вздрогнуло, и он с хрипом повалился со скамейки на пол.
– Что, суки, не ожидали! – закричал Алексей и выстрелил в потолок. – Стволы на стол, иначе всех порешу!
Ствол его «Нагана» медленно перемещался с одной груди на другую. Его появление было столь неожиданным, что все были просто шокированы. В комнату вошел Игнат и сел напротив старика.
– А теперь, гони ценности, – произнес Василий, обращаясь к старику. – Меняем жизнь на ценности.
Корнилов вытащил из кармана «ТТ» и всадил пулю в грудь одного из парней. Кровь обильно заструилась по его груди и стала крупными каплями стекать на пол.
– Чего молчишь? – спросил Корнилов старика и снова выстрелил. В этот раз пуля угодила в голову парню, окрасив стену кровью с мозгами.
– Ты можешь убить их всех, но я тебе ничего не отдам! – твердо произнес Латып. – Я в своей жизни видел и не такое. Меня менты на зоне не сломали, не сломаешь и ты. Только запомни, фраерок, это тебе просто так это с рук не сойдет.
– Игнат, свяжи их, – тихо произнес Корнилов. – Я устал от этой болтанки.
Мужчина быстро связал старика, живого паренька и посмотрел на Василия, ожидая от него дельнейших указаний.
– Пошарь по дому! – предложил Игнату Корнилов. – Наверное, здесь есть чем поживиться.
– Слышь! Скажи, это ты Рашпилю паленый ствол толкнул? – спросил Василия Латып.
– А тебе, что?
– Просто интересно.
– Если просто, то я, – ответил Корнилов. – Нет больше Рашпиля и нет больше вопросов…
– Ну и сука, ты…
Василий поднялся из-за стола и вышел в сени. Вернулся он через минуту, держа в руке канистру с керосином. Увидев это, паренек заплакал.
– Чего сопли распустил? Испугался? – спросил паренька старик. – А ты, не бойся, он тоже вечно жить не будет. Найдется человек, который кончит этого беспредельщика.
Парень заплакал еще громче. Он, наверняка, догадался, что рассчитывать на жизнь при таком раскладе, не приходится. В комнату вошел Игнат. Он был сильно возбужден.
– Вот, смотри, что я нашел. В подтопке прятал, сука….
Он положил перед Корниловым женский ридикюль. Василий приоткрыл его, тот был полон золотых монет царской чеканки.
– Ну, вот и все, Латып, – произнес Корнилов и, открыв канистру с керосином, стал лить его на их головы.
Старик молчал, похоже, он уже простился с жизнью и сейчас просто наблюдал, когда это все закончится.
– Алексей! Уходим! – громко произнес Василий.
Он достал спички. Прикурив папиросу, он бросил ее на разлитый керосин. Люди вспыхнули, а Корнилов развернулся и, прикрыв входную дверь, вышел из дома.
Павел сидел за столом и внимательно читал заключение баллистической экспертизы. Проводимое им расследование убийства родственника, сотрудника Министерства государственной безопасности СССР, потихоньку заходило в тупик. Опрошенные накануне им соседи убиенного ничего дополнить не смогли, все они ссылались на его замкнутый образ жизни, на постоянные разъезды… Дополнительно выяснилось лишь одно, что накануне убийства он целый месяц провел в Москве у родственника. Где и при каких обстоятельствах он познакомился с погибшей женщиной, по-прежнему оставалось загадкой.
«За что его могли убить? – уже в который раз он спрашивал сам себя. – Откуда преступники могли знать о наличии у него денег и драгоценностей, если никто из соседей никогда не был в его доме?»
