– Позавтракать? Да сейчас уже без четверти пять! – взглянув на часы, охнул генерал. – Так, друзья-товарищи. Давайте-ка забудем, кто есть кто, и поужинаем в спокойной, неофициальной обстановке. Как друзья. Возражения есть?
Возражений не было. Орлов быстро собрался, сообщил секретарше, что сегодня его больше не будет, и направился к выходу. Гуров и Крячко шли следом. На улице постояли, решая, какое кафе выбрать. Остановились на пельменной, расположенной в двух кварталах от здания Управления. До пельменной шли пешком, обсуждая нейтральные темы, типа погоды и огородных дел. Генерал являлся счастливым обладателем шести соток плодородной земли и время от времени приглашал друзей на пикник, так что проблемы огородные ему были близки, а его собеседникам знакомы по таким вот немногочисленным визитам.
В пельменной из посетителей сидел только полноватый мужчина средних лет и уплетал за обе щеки дежурное блюдо. Остальные столы пустовали. Друзья прошли к дальнему окну, расселись по местам. Дождавшись, когда официант примет заказ, заговорили о работе. Первым начал генерал. Он обрисовал ситуацию с делом Орехова так, как она виделась его высокому начальству и представителям аппарата президента, державшим дело на особом контроле.
После его рассказа стало понятно, почему Орлов так упорствовал в вопросе причастности банды «Беспалых» к убийству Орехова. На этом настаивал представитель аппарата. Суть его настойчивости заключалась в том, что данный результат позволял представить убийство в выгодном для правительства свете. Случайные бандиты, случайное убийство. Человека жалко, но его профессиональная деятельность к убийству отношения не имеет, следовательно, можно просто посочувствовать и забыть. Никаких скандалов, никаких сенсаций. Все чинно и благородно.
Гурову на это благородство было плевать. Не потому, что его коробило от мысли, что Шкаева обвинят в том, чего он не совершал, его судьба волновала Льва меньше всего. В свои двадцать три парень успел натворить столько зла, что никакого снисхождения не заслуживал. А вот участь убийц Орехова его волновала, да еще как. Так жестоко расправиться с человеком и остаться безнаказанным? Нет, этого допустить просто нельзя.
Орлову он преподнес весь расклад, проработал все доказательства того, что убийство Орехова выбивается из общей линии, и даже будь у «Беспалых» не одна, а несколько действующих групп, все равно Орехова к ним приписать не удалось бы. Убийцы из группы «Беспалых» – идейные фанаты, которые подвели под свои идеи все детали преступления, вплоть до количества ударов. Даже пальцы они у жертв отрезали не ради забавы, а исключительно по идейным соображениям. Как тогда быть с Ореховым?
– Я уверен, смерть Орехова подстроил тот, кто знал о «Беспалых» и их деятельности. Не тот, кто находился в группе изнутри, а тот, кто имел о ней поверхностное представление.
– И кто же это мог быть? – задал главный вопрос Орлов.
– О «Беспалых» заговорили только после убийства Орехова, следовательно, идею позаимствовал тот, кто знал хотя бы об одном таком преступлении еще до его совершения, – уверенно заявил Гуров. – И я склоняюсь к мнению, что этот кто-то находится в Москве. Инициатор убийства тоже наверняка московский. Отсюда вывод: концы нужно искать здесь, в столице.
– У тебя есть план. – Генерал не спрашивал, а констатировал факт.
– Есть, – подтвердил его догадку Лев. – Нет только разрешения на его реализацию.
– Считай, оно у тебя уже есть, – помедлив, произнес Орлов. – Только действуй осторожно, не лезь на рожон и не подставляй ни меня, ни себя.
Больше они этой темы не касались. Поужинали в спокойной, дружеской атмосфере и разошлись. Орлов поехал домой, Гуров с Крячко отправились в Главк. Там разыскали капитана Жаворонкова, вытребовали с него отчет по Андрею Орехову и вместе засели за его изучение. По материалам, которые еще при первом запросе собрал Жаворонков, выходило, что Андрей Орехов в определенных кругах считался честным и неподкупным человеком, несмотря на то что принадлежал к чиновничьему аппарату и априори входил в группу бюрократов и мздоимцев.
С такой репутацией Орехов просто не мог не иметь врагов или хотя бы недовольных его принципиальностью людей. Таковые, разумеется, имелись. В средствах массовой информации время от времени проскальзывали статьи, где сообщалось, что такой-то проект решения социально-экономических проблем Москвы был отклонен ввиду его неактуальности. И дальше ссылка на экспертную оценку начальника управления по связям с органами законодательной и исполнительной власти Правительства Москвы Орехова Андрея Васильевича.