— Ему без дела тошно, — Черников никак не мог оторваться от собаки, — вот он и бесится. Все, братан, ты на пенсии, гуляй, отдыхай и больше не позорься. Я к тебе еще приеду.
Подбежала такса, уже без темной полосы на ухе, принялась прыгать на гостей и на хозяев, девушка прикрикнула на нее, но веселая псина не обиделась, а ускакала к дальнему вольеру, куда отвели «новенького». Рита тоже пошла туда — найденыш лежал под навесом на подстилке и шевелил ушами, было видно, что ему страшно и он очень устал, а его миска с водой была почти пустой.
— Поехали, — сказал Черников, — второй час ночи уже.
«Как второй час?» — Рита схватилась за телефон. И правда, была уже почти половина второго.
— Позвоните мне утром, — попросила Рита девушку и погладила неугомонную таксу. Та радостно тявкнула и побежала к Черникову. Получила свою порцию ласки, сунулась в вольер к «балерине», но та спала.
— Возьмите, — Черников дал девушке несколько крупных купюр, — купите этому зверю пожрать нормально и вообще все, что надо.
— Мы всех наших собак хорошо кормим, — сказала та, — у нас есть сайт и кошелек в Сети, нам многие помогают.
— Ну и я помогу, — Черников впихнул ей деньги, — я к вам еще заеду. Все, по домам.
Дождь все-таки нагнал их на полдороге, по лобовому стеклу ползали «дворники», лило так, будто вся вода этого мира скопилась над их городом и разом рухнула с небес на землю.
— Выпили вина, называется, — Черников всматривался в стену ливня перед машиной, — нормально так посидели, неплохо время провели.
Рита смотрела в окно, в тепле клонило в сон, глаза слипались. Немногочисленные машины еле ползли, а сейчас вообще остановились, движение замерло.
— Я не могла его там бросить, — сказала Рита. — Он бы погиб. Прости, что так вышло.
— Нормально все, — Черников тронул машину с места, объехал «газель», — красивый пес, его хозяева найдутся. Наверное, сами волосы на себе рвут, я бы переживал. Давай хоть кофе выпьем, что ли.
Он свернул к АЗС, там имелось небольшое кафе, пустое в этот час, но до того светлое и уютное, что хотелось плакать, просто от того, что тут не страшно, не колотит по крыше ливень и даже есть молоко.
— Хоть что-то выпить, — Черников кинул в свой стакан несколько кусочков сахара и принялся быстро размешивать, — а то я озверел, как та собака.
Рита фыркнула, Черников засмеялся, и они просидели в кафе почти три часа. Вышли уже засветло, ливень давно прекратился, ветер быстро растаскивал тучи, над дальним лесом показался край багрового солнечного диска.
— Куда тебя везти? — Черников был бодр и свеж, точно проспал всю ночь, а не шарахался по бездорожью.
— На работу.
Глаза закрывались, кофе не помог. Рита улыбнулась Черникову и увидела в зеркале свою бледную физиономию и растрепанные волосы. «Какой ужас!» — она принялась поправлять прическу, Черников ухмыльнулся.
— Чтобы ты там уснула? Езжай домой, банк без тебя не рухнет.
— А вдруг? — Рита кое-как привела себя в порядок. — Отчет сегодня сдать надо, Милютин меня сожрет.
«Ровер» остановился на красный, Черников включил поворотник, и тот тикал, точно бомба.
— Милютин, Милютин… Это толстый такой, в очках, с наглой мордой?
— Руководитель проектов комплаенс, — уточнила Рита.
— Ну да, ну да, — Черников повернул, миновал еще один перекресток, и они оказались в центре города, тихого и почти безлюдного ранним утром. Мимо прошла поливалка и окатила водой асфальт, весь в лужах после ночного ливня; промчался велосипедист в наушниках.
— Езжай спать, Милютина я на себя беру, — распорядился Черников, — у меня к нему есть претензии, я их с утра ему и предъявлю. Он на неделю о тебе забудет, гарантирую. Недели тебе хватит на отчет?
— Хватит. А он точно не…
— Точно, точно, — перебил ее Черников, — зуб даю. Адрес говори.
Подвез ее к дому, посмотрел странным взглядом на подъезд, на окна, точно впервые в жизни видел, снова на Риту, на дом.
— А мы почти соседи. Твоя или снимаешь?
— Снимаю, — честно сказала Рита, ей очень хотелось закончить этот разговор. Черников опустил стекло и внимательно осмотрел фасад дома.
— Окна твои где?
— А что?
— Серенады буду тебе петь, — ухмыльнулся Черников, выбрался из «ровера» и подал Рите руку, помогая выйти из машины.
— Снова должна будешь, — он смотрел ей в глаза, — теперь еще и за Милютина. Вся в долгах.
— Как в шелках, — Рита высвободилась, — под какой процент?
— Хорошая мысль, — обрадовался Черников, — я подумаю. Спи, короче, ни о чем не волнуйся.
