— Вот, хозяйка пришла, — подал голос Глеб, и парочка шевельнулась. Газета и телефон исчезли, парни разглядывали Риту. Она положила букет на стойку и глянула на часы — до съемки оставалось сорок минут, клиент может прийти раньше, надо быстро спровадить этих двоих. Под ногами что-то зазвенело, захрустело, Рита посмотрела вниз: там оказалось полно битого стекла. Осмотрелась, обнаружила, что у большого зеркала на входе отбит нижний край, а к середине тянется широкая трещина. Парни встали, Рита попятилась.
— Вам чего? — Позади оказалась стойка, отступать было некуда. Краем глаза Рита увидела свое отражение в разбитом зеркале, выпрямилась и посмотрела самому наглому парню в глаза. Тот усмехнулся, показались желтые зубы.
— Надо заплатить, — он оперся на стойку рядом с Ритой, — так положено.
— Что положено? — Она глянула на парня, на Глеба, но тот гладил ладонью столешницу и будто ничего не слышал. Второй обошел Риту, и больше себя она в зеркале не видела, парни стояли очень близко, от них пахло потом и дешевыми сигаретами.
— Чтобы проблем не было, — пояснил второй, — чтобы не мешал никто. За безопасность, короче.
Рита в темпе прикинула, кто ей может помешать. Ну разве что девки с сайта или проститутки с шоссе, что проходит рядом с городом, но вряд ли эту угрозу можно воспринимать всерьез. А парни настроены решительно и явно не шутят.
— Да мы недавно открылись, — негромко сказал Глеб, — клиентов еще нет. Только-только ремонт закончили.
«Пролетарий» перегнулся через стойку, взял большую стеклянную банку, куда предполагалось класть конфеты для посетителей, и принялся играть ею, точно мячиком.
— А нам какое дело до ваших клиентов, — он кидал банку чуть ли не к потолку. — Открылись — платите. А то вдруг вам кто-то помешает, и клиенты вообще не придут.
Первый клиент уже, наверное, на пути сюда, скоро придет Мелисса — она еще ни разу не опоздала, и сегодня точно явится вовремя, если мир не перевернется. Глеб равнодушно следил за банкой, Рита посмотрела на второго бандита. Ситуация уже ясна как день, она ждала чего-то подобного, но чтобы вот так, сразу — к такому повороту оказалась не готова.
— Сколько?
— Треть дохода первый месяц, потом половина. Дохода, заметь, а не прибыли. И полное сопровождение бизнеса с нашей стороны.
— С вашей? — Рита едва удержалась от крика. — Какое сопровождение? Мне оно на фиг не нужно, валите отсюда.
«Пролетарий» поймал банку, посмотрел на напарника. Глеб задумчиво разглядывал свои руки и сжимал-разжимал кулаки.
— Хозяйка, ты не права. Надо заплатить, чтобы проблем не было.
Бандит подошел к ней и оперся двумя руками на стойку, Рита оказалась в кольце. Глеб за каким-то чертом полез в ящики стола, потом принялся двигать тумбочку.
— Я тебе сама проблемы устрою, — Рита смотрела бандиту в глаза. — У меня тут камеры кругом, я сейчас ментам позвоню, и тебя посадят.
Бандит схватил ее за горло и сжал с такой силой, что в глазах потемнело.
— Мозги включи, — раздалось из полумрака, — тебя пока по-хорошему просят. Хочешь тут работать — плати сколько сказано. Нет денег — кредит возьми, потом отобьешь.
— Да пошел ты, — кое-как проговорила Рита, — ты вообще кто такой?
— Хороший вопрос. Я тоже хотел спросить. — Глеб оказался рядом и тронул бандита за плечо. Тот повернулся, и Глеб врезал ему снизу вверх под челюсть. Рите показалось, что лобастая башка оторвалась и полетела к потолку, как недавно летала банка. Но нет, башка осталась на месте, бандит развернулся и боком грохнулся на диван и раздался такой звон, точно небо раскололось. А это просто разбилась банка — «пролетарий» швырнул ее о стену и кинулся на Глеба. Тот увернулся, пропустил бандита вперед, перехватил за руку и врезал ему по спине, добавил еще раз, еще, потом отшвырнул к двери. Первый уже приходил в себя, шевелился на диване. Глеб заломил бандиту руку за спину, вывернул, и «сборщик дани» заорал во все горло.
— Хлебало завали, — посоветовал ему Глеб, — тебе вопрос задали. С хера ли ты такие требования кидаешь, с какого перепугу мы должны тебе платить?
У бандита побледнела рожа, а второй держался за башку. Видно, хорошо приложился о батарею и в разговоре участия не принимал. Глеб дожимал «пролетария», и тот аж зубами скрипел, но больше не орал.
— Гончарову все платят, — выдал он, наконец, — весь город, как положено. Нам сказали адрес — мы пришли, мы же не от себя лично. Надо, чтобы порядок был.
Глеб отпустил захват, «пролетарий» еще немного полежал и с кряхтением поднялся. Второй уже маячил около двери с таким видом, будто его сейчас вывернет, сию секунду — взгляд мутный, рожа белее бумаги, двигается как пьяный.
— Кто такой Гончаров? — Глеб обернулся и подошел к Рите, снова сжимая кулаки. Пальцы у него неприятно хрустели.
— Ему все платят, — повторил «пролетарий», — и вы будете платить, если работать хотите.
— Даже не собираюсь, — сказала Рита, — так ему и передайте.
Глеб незаметно сжал ей локоть, подмигнул и направился к бандитам.
— Откуда я знаю, что вы гончаровские, а не на бутылку собираете? — Он распахнул дверь. — Мало ли какая шваль по городу побирается.
