– А потом я забываю об этом.
– Совершенно правильно! Как и том, что мы сейчас тебе сказали. И вспомнишь только тогда, когда это будет нужно.
– Это я усвоила. И забыла. Но остается еще один очень важный вопрос, – сказала я после паузы.
Пауза было не театральной, а вынужденной. К столику подошел официант. Он принес холодное и бутылку дорого французского вина. Его в меню не было. Наш хитрый хозяин ресторана всегда держал в резерве Ставки что-то неожиданное для особо важных гостей.
– Еще немного – и она станет круглой отличницей! – Балет был явно доволен. По этому случаю сам разлил вино по бокалам. Мой бокал, разумеется, тоже наполнил.
Вино красивое. Под лучами весеннего солнышка, чьи лучи падали на столик, оно просто «загоралось» рубиновыми искорками. Только вот меня это не радовало. Думаю, что мои благодетели на конец припасли мне большую бяку.
– По поводу нашего разговора есть новый анекдот: «В ресторане мужчина солидного вида подсаживается за столик к красивой девушке:
– Здравствуйте! Разрешите составить вам компанию?
– Да, пожалуйста…
– Разрешите представиться – меня зовут Нестор! Народный депутат, честный и порядочный человек…
– Очень приятно! Я Марина, 35 лет, vip-путана… ещё девственница!» Это кстати о твоем будущем контингенте клиентов!
Мы посмеялись. Я больше для приличия, потому что слышала эту байку уже раз десять!
– Так какой у тебя еще один вопрос? – спросил Физик, сделав глоток из своего бокала и несколько секунд насладившись букетом напитка. – Излагай.
Я тоже пригубила вино. И чего они им так восхищаются. Ничего не понимаю я в этих элитных винах. Сухешник, как сухешник. Привкус приятный. Но не более того!
Но перейдем к главному.
– Вопрос у меня к вам, уважаемые господа, очень прост. Свято место пусто не бывает. Не думаю, что такие богатые поляны сейчас находятся без достойного надзора. И каким боком я там появлюсь?
– Человек проходит как хозяин необъятной поляны своей, – бодро перефразировал строчку из известной пафосной песни Физик. Благодаря вину он, кажется, совсем отошел от раздражения после звонка. – Появишься ты там с нашего бока. А, значит, мешать тебе никто не будет. Нынешняя хозяйка поляны – человек уважаемый. Работает там давно. По нашим понятиям уже хорошо отложила в закрома дальнейшего пребывания на этом свете. Но время диктует свои условия. И нынешняя мамочка перестала понимать веянья времени.
– Она уже знает о «новых временах»?
– Не перебивай, дочка, когда старшие говорят! Слушай и запоминай! – отрезал, уже не шутя Физик.
Я извиняюще кивнула.
– С ней уже был разговор. Мадам все поняла правильно. В отступных сошлись…
Я мысленно продолжила: «Но…» – и угадала.
– Но есть еще одна проблема. Ну, пока не проблема, а проблемка. Хотя если её не устранить, может случиться большой нарыв под названием геморрой на все наши головы.
…«Поэтому этот геморрой мы, девочка, отдаем тебе» – продолжила я за Физика. Разумеется, в уме. Внешне на моей мордахе было написана высшая степень покорного принятия распоряжений Великих Повелителей. Уши были просто повешены на огроменные гвозди внимания! Мужчины, особенно мужчины при власти, такое очень любят. Тем более, пока Физик вещал, Балет, просто не отрываясь, следил за моей реакцией. Значит, сейчас в зал внесут жирную свинью и аккуратно подложат её мне.
– Известна ли тебе особа по кличке «Жаба»? – спросил Физик.
Ну вот, у свинушки и имя нарисовалось. Правда, совсем не поросячье…
– Как не знать? Я, можно сказать, её «крестная мама»! – ответила я, – Светлана Цветикова, двадцати четырех лет от роду, уроженка города Москвы. Какие еще анкетные данные нужны на эту особу?
– Нам анкета на твою «крестницу» без надобности, – пресёк мой поток информации Физик. – Нам надо решить её проблему.
Я удивленно посмотрела на Физика:
– Какие проблемы серьезным людям может доставить обыкновенная шлюха?
– Иногда и от занозы возникает гангрена. – ответил Балет, и продолжил, – В последнее время она втерлась в доверие к Розе Марковне, твоей предшественнице. Более того, метила заменить её. Но сейчас, когда поняла, что все для неё обламывается, девочка вошла в раж. Это само по себе не страшно, хотя знает она много того, что для чужих ушей не предназначается. Но проблема в том, что среди прочих, есть у неё постоянный клиент. Человек авторитетный. Не среди блатных. Во власти. Поэтому просто так Жабу не устранишь. Наши уши торчать не должны. Мы ссориться с этим человеком не хотим. Наша позиция – отсутствие какой-либо позиции.
– Я должна эту проблему решить?
– Совершенно верно.
– И так, чтобы никто никак, и ничем…
Ага, никто и ничем – это вы про себя. А я могу быть с ног до головы в той самой вонючей субстанции. Если большой человек разгневается, то понятно, кого закатывать в асфальт будут.
Но отступать некуда. Если я сейчас встану и гордо произнесу: «Всем спасибо! Все свободны. Я в эти кубики не играю» – тогда на мне можно поставить крест. Не только на работе. Просто на мне. Березовый! У этой игры только одно правило: хочешь, не хочешь – играй. Шаг вправо, шаг влево – стреляют без предупреждения!
