Для членов наркосиндиката, наводняющего российские просторы отравой из Юго-Восточной Азии, человеческая жизнь – ничто. Прибыль и баснословные барыши – вот то, главное, ради чего они ведут свой преступный, кровавый бизнес. Однако, есть ещё в России люди, готовые сразиться с наркоторговцами и разрушить их империю. Данное произведение является второй книгой трилогии (Путешествие с изумрудом, Москва-Бангкок-Москва, Ковчег обреченных), но может рассматриваться и как самостоятельное литературное произведение. Содержит нецензурную брань.
…В правоохранительных органах утверждают,
что произошедшее накануне заказное убийство
высокопоставленного чиновника Министерства
обороны не имеет отношения к профессиональной
деятельности погибшего…
(из материалов криминальной хроники)
Пролог
Затянутый в чёрную, блестящую на солнце кожаную куртку и такие же штаны молодой человек, с огромным мотоциклетным шлемом в одной руке и пластмассовым тубусом для чертежей в другой, выскочил из парадного и направился к скоплению гаражей-ракушек, провожаемый неодобрительными взглядами стайки бабушек-старушек. Бабушки сидели на скамейке у подъезда, словно воробьи на проводах, греясь на солнышке и, по давным-давно заведённой привычке, перемывали косточки всех, кто проходил мимо.
– Ой, Госспидии, – ворчливо запричитала одна из старушек, кивая на коляску, в которой посапывали два румянощёких карапуза. – Снова Петька свою тарахтелку заводить начнёт, близнецов моих перебудит. Уж когда он убъётся на ней, поганец?
– Побойся Бога, Мартыновна, что ты такое говоришь? Виданное ли дело: человеку, пусть и нехорошему, смерти желать?
– Ну, тогда чтоб хоть таратайка его развалилась, а то уже мочи нет никакой. Ни днём, ни ночью покоя нет, один только грохот от его мотоцикла.
Что да, то да: грохот от мотоцикла действительно был. Выведя своего рогатого коня из ракушки, парень недолго повозился возле него, и вскоре окружающая тишина взорвалась грохотом прогреваемого движка. Кроссовый “KTX” выплюнул несколько клубов сизоватого дымка, мотор заработал ровнее.
Парень укрепил тубус сбоку от сиденья, подёргал его из стороны в сторону, проверяя, надёжно ли держит крепление. Затем покопался под курткой и выудил оттуда миниатюрный наушник на тонком проводке. Вставив его в ухо, натянул на голову шлем, вскочил в седло и, поддав на прощанье газу, выкатил со двора, сопровождаемый рёвом проснувшихся близнецов и руганью Мартыновны.
Проскочив дворами, чудом не задавив зазевавшуюся болонку, он выехал к станции метро “Молодёжная”, а ещё через несколько минут оказался на Рублёвке. Торопиться пока не было смысла, поэтому ехал он среди потока машин, стараясь не особо привлекать к себе внимание. Встреча с сотрудником ГАИ, да ещё и на правительственной трассе, никак не входила в его планы сегодня. Внезапно ожил наушник рации:
– Наездник, это Кукушка. Как слышишь меня? Приём.
– Кукушка, здесь Наездник, – произнёс в ответ мотоциклист, поднеся ко рту запястье левой руки с укреплённым на ней микрофоном. – Слышу тебя нормально. Есть новости? Приём.
– Наездник, работать начинаем по расписанию. Будь на связи. Приём.
– Понял, Кукушка, ко времени буду на месте.
… До начала операции, судя по времени, оставалось ещё три четверти часа. И если всё пройдёт по плану, а по иному в их команде быть просто не могло, уже через полчаса он прибудет на точку и займёт то самое место, которое было назначено ему для сегодняшней работы.
Проскочив по кольцевой до поворота на Ново-Рижское шоссе, мотоциклист глянул на часы: до начала операции у него оставалось ещё десять минут. Пока же он в точности выдерживал временной график. Если ещё и клиент будет сегодня столь же точен, всё действительно пройдёт, как по маслу и тогда не придётся задействовать запасной вариант.
По Ново-Рижскому шоссе Наездник промчался ещё километров восемь и в нужном месте свернул на малоприметную дорожку, ведущую к коттеджному посёлку. Неширокая, впору только-только двум легковушкам разъехаться дорога, тем не менее, имела аккуратную дорожную разметку. Пролегая сквозь лесной массив, она повторяла все неровности местного рельефа, петляя, взбегала на пригорки, чтобы затем, после крутого поворота, спуститься в низину, к пробегающему по лощине ручью. Более удобной позиции для встречи клиента придумать было просто невозможно. Доехав до мостка через ручей, Наездник притормозил, заглушил мотор и вновь поднёс ко рту микрофон рации:
– Кукушка, здесь Наездник, я на месте, приём.
– Наездник, – ожил наушник рации, – я Кукушка. Всё по расписанию. Контакт через три минуты. Отбой.
Уложив мотоцикл набок на проезжей части так, чтобы он перегораживал полосу встречного движения, мотоциклист извлёк из-под кожаной куртки кусок силикона и бросил его на асфальт неподалёку. Багрово-красная, с неровными краями и блестящей поверхностью блямба удивительно походила на приличную лужу крови. Теперь предстояло просто лечь рядом и подождать клиента.
Посторонних машин мотоциклист не опасался: Первый и Второй, его ассистенты, перекрывали дорогу за пару километров по обе стороны от места встречи. У самого коттеджного посёлка, где собственно и кончалась лесная дорожка, поперёк дороги намертво застрял большегрузный трейлер, водитель которого остервенело жал на газ, пытаясь вытащить из кювета задние колёса прицепа. А на повороте с Новой Риги уже две минуты как были вывешены знаки “Ремонт дороги” и “Объезд”, возле которых застыл грузовичок дорожной службы.
