Да мало ли какие у него причины позвать меня к себе? Может выйти не может сейчас, помощь то мне нужна, вот я и должна сама к нему приехать. Наверное.
Голова шла кругом от всех событий за произошедшие полдня — ранний подъем, странные ощущения в Магистериуме, моя инициация, Помолвка на родовом артефакте, незваные призраки в моей комнате, приглашение в гости к Тину… Мне казалось, что с ним мы виделись сто лет назад, а не всего лишь сегодня утром.
Загнав все неприличные мысли поглубже, я решила действовать по обстоятельствам. И ко всему прочему, одеться неброско, но элегантно. Модные темные брюки, туника сдержанного серого цвета, теплое черное манто. Прическа — высокий хвост, никакой косметики и иллюзий. Я естественна, как сама жизнь.
Но на всякий случай приняла душ, надела свой любимый комплект нижнего белья из тончайших черных кружев и почистила зубы. Ну, а вдруг?
Пора.
Тахеомир Третий устало прикрыл глаза. Слава Маа, дождался… Последний за сегодняшний день посетитель отвесил все возможные поклоны, вознес все благодарения и со скоростью черепахи покинул его приемный кабинет. Наконец-то…
— Патриций! — негромко позвал помощника.
— Я здесь, Ваше Величество!
Эта фраза, регулярно произносимая его секретарем с бесконечным достоинством, всегда вызывала улыбку. Глядя на Патриция, приходили воспоминания о книге, которая еще в детстве попалась в руки и была отнесена в разряд любимых. Произведение, созданное в одном из курируемых Соларом миров, повествовало о приключениях четырех безбашенных друзей на фоне дворцовых интриг, предательств, убийств и большой любви. Личный слуга книжного правителя был так же бесспорно хорош в произнесении легендарного выражения, ставшего визитной карточкой Патриция.
— Мне необходимо видеть всех Стражей! Завтра!
— В какое время суток, Ваше Величество? — Патриций развил бурную деятельность и вовсю суетился, подливая травяной настой, предусмотрительно захваченный с собой.
— Ближе к вечеру. И еще… Каков статус артефакта? — быстрый внимательный взгляд мазнул по секретарю и опустился в чашку с дымящейся жидкостью.
— Ваше Величество! Вы изволили сомневаться? — секретарь негодовал. — Как могу я НЕ исполнить Ваш приказ? Да, что ж я за помощник такой?! Неужели не справляюсь с обязанностями, и Вы решили меня уволить?! Мое сердце разрывается!
Конец монолога прозвучал тихим блеянием. Император закашлялся.
— И?
— Да, получен.
Патриций мгновенно остыл и как ни в чем не бывало вернулся к изначальному разговору. — Герцог должен присутствовать?
— Нет, в этот раз не стоит, — Тахеомир Третий скривился. — Пока не вышел указ, не предпринимай никаких действий, никакой самодеятельности. Ты меня понял?
Помощник склонил голову, что-то промычал о своей исключительной понятливости и неверующих в него императорах, после чего был благосклонно отпущен восвояси. Чем не преминул воспользоваться.
Вслед раздался сдавленный смешок. Едва дождавшись исчезновения слуги, Император рванул застегнутый наглухо ворот, глубоко вздохнул и придвинул поближе восстанавливающий силы настой.
Как же он устал!
«Осталось не так много времени до момента, когда я смогу покинуть Солар и пополнить свой магический резерв. Двенадцатый Страж сейчас жизненно необходим. Может пойти поплавать и взбодриться? Герцог обязан выполнить свой долг и замкнуть Круг. Осталось подождать еще чуть-чуть. А если сейчас отвлечься и..? Нет, не сейчас, чуть позже…»
Мысли беспорядочно метались в голове Императора, постепенно погружая его в легкую дремоту, в итоге перешедшую в глубокий ровный сон. Впервые за долгое время повелитель Солара заснул в кресле за своим рабочим столом.
Часы в виде золотой пирамиды, зависшие в центре гостиной, показывали 17.45, восточное время. Подумалось, что Киана, как обычно, опоздает. Или в этот раз будет вовремя?
Сас! Осталось совсем мало времени, а он так и не решил, какой линии поведения придерживаться! Мысль о том, что придется соблазнять ни в чем не повинную девушку претила настолько, что Константин физически чувствовал недомогание от одного только понимания неизбежного.
К сожалению, ментальные техники хорошо работают только на других… Отдать самому себе команду и сделать то, что надо, он не мог. Придется пользоваться старыми дедовскими способами убеждения себя отвратительного и гнусного.
Итак, что мы имеем? Во-первых, девушку, которую этим вечером надо склонить к плотским утехам, так как от этого зависит получит он в итоге пост или нет. Во-вторых, его совесть. Если бы это была любая другая симпатичная девушка, моральная ответственность и принципы герцога ми Кама стояли бы в укромном уголке непрошеными гостями и трепетали от страха появиться пред очи своего хозяина. Но это была Киана, к которой он столько лет относился, как к своей младшей сестре.
