— В чем проблема, капитан? — ровным вежливым голосом спросил один из мужчин, чуть повернув голову.
— Проблема? — Приступ неожиданной злости и… страха заставил капитана действовать, уже ни о чем не думая: палец нажал спусковой крючок, и дробная очередь гулко прогрохотала по пансионату; пули покрошили штукатурку прямо над головами стоявших. — Да никаких проблем, вы поняли? У меня — никаких! Оружие — на землю! Быстро!
Грохот автоматной очереди заставил троих «спортсменов», направлявшихся к особнячку-«люксу», где уединились Дор с девушкой, затаиться на месте. Вслед за первой очередью прогрохотало несколько пистолетных выстрелов, еще очередь, еще — кажется, со всех сторон… Боевики переглянулись. Голик, как старший, принял решение:
— Джеб, двигаешься один и вяжешь мужика. Девку замочи. Справишься?
— Хм… — Среднего роста, жилистый Джеб улыбнулся одними губами, выставив длинные лошадиные зубы. — Уж как-нибудь…
— Мы — обратно. Что-то не сложилось в Датском королевстве. Место сбора — у машин. Хоп?
— Хоп.
Голик и Герц быстро побежали к особнячку. Увидев мента живым. Голик искренне удивился и, не целясь, выстрелил в массивную фигуру. Сам вдруг замер на мгновение и рухнул. Вместо одного глаза в черепе зияло темное отверстие.
Герц отреагировал мгновенно. Сделал длинный прыжок с кувырком, замер, укрывшись за фундаментом одного из строений, осмотрелся. Так. Они — в мышеловке. Костин и тот, пришлый, на крылечке уложены в рядок, и похоже, что не жильцы. Вывод только один: вся группа нарвалась на хорошо спланированную засаду; Костин с этим лоханулись, лоханулись сразу, не заняв снайперами господствующие высоты, и подставили всех. Уходить. Но уходить нужно грамотно.
Сначала — нейтрализовать снайпера. Без этого все они — волки на поле для охоты с вертолета.
Прикидывать? Да тут и прикидывать нечего! Особняки за базой. Всего их три.
Скорее всего — в ближнем. Вперед!
К недостроенному особнячку он пробрался скоро и умело. Выстрелы на базе почти прекратились. Судя по всему, игра закончена. По штатному варианту. Только с другой стороны.
Из окна на третьем этаже послышался характерный звук, так похожий на выстрел «ВСС», — на винтовке был интегрированный глушитель. Ну все, парниша, отстрелялся… Герц замер, выдернул из осколочной гранаты чеку, сделал шаг вперед и одним движением закинул ее в оконце третьего этажа.
Взрыв сдвинул подпорки, недостроенный домик содрогнулся, и перекрытия с протяжным стоном рухнули внутрь дома. Герц уже мчался прочь. Время разбрасывать камни, и время — делать ноги…
…Володя Савосин наблюдал все маневры бойца, укрывшись в тени маленького строеньица, служащего летом палаточкой, а сейчас забитого наглухо по ненадобности. Винтовку он собрал загодя, уложил в кейс, кейс — в баул. И теперь ждал, когда боевик, расчехвостивший «под ноль» весь этаж особняка какого-то «нового», подойдет ближе. Когда тот сделал рывок, преодолевая открытое пространство, Савосин вырос прямо перед ним. Длинная очередь из «бизона» разнесла голову боевика. Хоп! Как шутил один давний знакомый, при войне в горячих точках даже огонь из автомата только тогда достаточно эффективен, когда имеет здешний национальный характер: кинжальный.
Савосин отступил на шаг и скрылся в тени строения.
Расколовшая тишину санатория одинокая автоматная очередь прервалась, несколько секунд было тихо, потом выстрелы, пистолетные и автоматные, загрохотали кучно и, казалось, со всех сторон. Одним движением я сбросил девушку на пол, накрыл собой, замер.
Не паниковать!
Не успел я это подумать, как огромное окно во всю стену, обращенное к морю, рухнуло, разлетелось на тысячу осколков. В образовавшемся проеме застыл человек. Его темный силуэт был хорошо различим на фоне моря, в руках угадывалось оружие: укороченный автомат, «бизон», «кедр» или «узи» с длинным хоботом профессионального глушителя. Нет, не «бизон» — У того магазин другой.
Но от этого умозаключения легче не становится. Рука лихорадочно шарит под кроватью, укалывается обо что-то… Заколка? Хм… Грозное оружие против «узи».
Ну да на безрыбье и сушка — бублик. С понятной тоской вспомнился пистолетик «бычков», накативших на нас на дороге: подарочный-то он был подарочный, но сейчас пришелся бы впору. Я зажал девушке рот, замер сам. Слава Богу, свет погас одновременно с рухнувшим стеклом.
Но ненадолго. Парниша достал фонарик и начал деловито осматривать комнату.
Начал, естественно, с койки. Одна надежда — вид у нее достаточно покинутый.
Потом фонарик метнулся неровно по стенам и снова застыл в аккурат над нами.
— Хорошо в пряталки играть. Вылезайте, — произнес он достаточно спокойно.
— А драться не будешь? — так же спокойно спрашиваю я. Похоже, парниша юмор оценил:
— Я бы и рад бы, да не ведено.
— А что ведено?
— С тобой поговорить хотят…
— Что? Опять?! — Произношу это с интонацией волка из мультика «Жил-был пес».
— Не опять, а снова. — Парень медленно движется ко мне. Автомат он демонстративно отложил. — Сам видишь, все по-хорошему. Договоримся?
— О чем?
— Поедешь с нами, поговоришь с людьми, и — гуляй на все четыре стороны.
— Гулять?
— Гуляй!