Если этот отчет ляжет на стол регрессорам, подумал Валентин, они сюда не киллеров пришлют, а по меньшей мере крылатую ракету. Хорошо, что Сергеев тоже под заклятием.
– О какой сумме идет речь? – спросил Валентин, как бы среагировав на фразу о бюджете.
– Нужна мне ваша сумма! – фыркнул Сергеев. – Я хочу написать новый роман о Шеллере. Тот, в котором он вернулся на Землю. Понимаете?
– Н-нет, – выдавил Валентин, чувствуя, что летит в пропасть.
Новый роман о Шеллере?! Такой же точно, как три предыдущих?!
А я, дурак, регрессоров боялся…
– Насколько я помню, вы читали первую трилогию, – подался вперед Сергеев. Валентин молча кивнул. – Так вот, она заканчивается тем, что Шеллера-Фалера посылают с Панги на Землю, чтобы провести контроперацию против вероятного противника. Когда я заканчивал третий том, я вовсе не собирался писать продолжение, у меня была задача – убрать с Панги слишком крутого персонажа. Однако читателям все равно подавай продолжение! Пару лет назад я понял, что у меня может кое-что получиться, и начал продумывать сюжет…
Пару лет назад, сжал губы Валентин. А я-то думал, что Кукловод и думать забыл про Сергеева. Нужно было каждый месяц ментоскопирование делать… да что теперь говорить!
– А уж когда Полозов позвал меня в вице-мэры, и я наконец сообразил, чем вы тут занимаетесь… – продолжил Сергеев.
Валентин только зубами скрипнул. Лезть писателю в сознание было уже ни к чему – он сам выбалтывал все свои тайны. Да только Валентину было от этого нисколько не легче.
– Короче говоря, – Сергеев хлопнул ладонью по столу, – я прошу разрешения взять историю вашей корпорации за основу сюжета. Если разрешите – расскажу про магию. Если нет – пусть ваш Лаврентий Георгиевич сам все раскапывает.
Валентин положил недоеденный бутерброд обратно на тарелку. Он что же, до сих пор ничего не понял?!
Короткая экскурсия в сознание писателя показала, что так оно и есть. Сергееву и в голову не могло прийти, что сидящий перед ним миллиардер Валентин Иванов может оказаться персонажем его же собственного романа. Около года назад сергеевский приятель, Рощин, высказал такую идею; Сергеев поднял его на смех, прочитав целую лекцию о глубочайшей разнице между фантастикой и реальностью. Наверное, Сергеев был бы последним человеком на Земле, поверившим, что Валентин Шеллер и Валентин Иванов – одно и то же лицо.
Хорошо, подумал Валентин. А что, собственно, хорошего?! Знает Сергеев, кто я такой, или не знает – напишет-то он все равно только то, что ему Кукловод продиктует. Ему продиктует, а меня заставит вживую разыгрывать!
– А о чем будет роман? – вырвался у Валентина вполне понятный вопрос.
– Да все о том же, – улыбнулся Сергеев. – Производственный роман из жизни магов.
– Магов? – удивился Валентин. – Но ведь на Земле нет магии!
Сергеев уставился на Валентина поверх очков:
– Шутить изволите? Во-первых, – он похлопал по клавиатуре ноутбука, – магия даже
Хотелось бы в это поверить, сказал себе Валентин. Однако учитывая предшествующий опыт…
– Расскажите немного о сюжете, – попросил он. – Чем Шеллер займется на Земле? Опять будет глобальную катастрофу предотвращать?
– Это само собой, – кивнул Сергеев. – Но в первом томе он будет возвращать себе магию.
Валентин перевел дух. О регрессорах – ни слова; разве что на краю сознания болтается мыслишка про сегодняшних киллеров. Какие-то кощунники, верховные маги всея Руси, деревенские колдуны в покосившихся избах… Ничего общего с реальностью. Может быть, Сергеев на этот раз обошелся без Кукловода?
– Ну что ж, – улыбнулся Валентин. – Магия – это хорошо. Считайте, что вы получили разрешение. Только имена и названия поменяйте.
– Обязательно поменяю, – потер руки довольный Сергеев. – Значит, договорились. Ну, тогда смотрите!
Экран ноутбука засветился, и Валентин увидел заглавную страницу простенькой презентации. Похоже, Сергеев нарисовал ее сам, в свободное от работы время – под заголовком «Демидовская магия» на экране располагались всего две кнопки. Одна красная, с надписью «Обыкновенный фаербол», вторая синяя, «Город под властью волшебства».
– С чего начнем? – победно посмотрел на Валентина Сергеев.
– Давайте с фаербола, – сказал Валентин. В общих чертах он уже понял, какие данные въедливый вице-мэр вытащил из давних протоколов, но все равно решил послушать, что писатель-фантаст может рассказать о самом обыкновенном фаерболе.
Сергеев ткнул пальцем в кнопку, и на экране появился печальный осенний пейзаж. Небольшая полянка под пасмурным небом, понурившиеся ветви с еще зеленой листвой. Четыре человеческих тела, лежащие в неестественных позах по обе стороны от размокшей тропинки, и черно-белая мерная линейка, вертикально воткнутая в старый развалившийся пень.
