— Да неужели? — Лири презрительно фыркнула. — Двоеженец, по-твоему, может быть честным человеком? Двоеженец, который бросил жену и детей! Похитил мою дочь и убил ее! Честный человек! — Она кинула на Брианну яростный взгляд. — Еще раз спрашиваю, девчонка, как зовут твою мать?
Брианна ошеломленно застыла. Горло сжалось, а руки похолодели, несмотря на тепло, исходившее от ладоней Иэна.
— Кто твоя мать? — повторила Лири.
— Какая разница… — вмешалась Дженни.
Лири обернулась к ней, пылая от гнева.
— Большая! Одно дело, если он обрюхатил какую-то армейскую шлюху либо горничную, когда жил в Англии, но если…
— Лири!
— Сестра!
— Попридержи язык!
Брианна положила конец протестам, поднявшись с кресла. Она была высокой, как мужчина, гораздо выше любой женщины. Лири поспешно отступила. Все, кто был в комнате, повернулись к ней.
Неспешно, хотя внутри у нее все бушевало, Брианна полезла во внутренний карман пальто, в потайной карман, который зашила всего лишь неделю тому назад.
— Мою мать зовут Клэр, — заявила она и положила на стол ожерелье.
В гостиной воцарилась полная тишина, за исключением тихого потрескивания в очаге. Жемчужное ожерелье поблескивало в лучах весеннего солнца, заглядывающего в окно.
Дженни ожила первой. Двигаясь как сомнамбула, она протянула руку и коснулась одной из жемчужин. Речной жемчуг, названный «барокко» из-за особой неправильной формы, которую ни с чем не спутаешь.
— О боже, — прошептала Дженни. Она подняла голову и посмотрела на Брианну; в ее синих глазах стояли слезы. — Как же я рада тебя видеть, племянница!
— Вы знаете, где моя мама? — Брианна переводила взгляд с одного лица на другое, сердце громко стучало в ушах. Лири не смотрела на нее; ее глаза были прикованы к жемчугу.
Дженни с Иэном быстро переглянулись, затем Иэн поднялся, с трудом передвигая деревянной ногой.
— С твоим отцом, — тихо сказал он, ласково коснувшись ее руки. — Не волнуйся, девочка! Они в безопасности.
Брианна подавила желание застонать от облегчения, чувствуя, как узел тревоги в животе медленно распускается.
— Спасибо. — Она попыталась улыбнуться Иэну.
— Это мое! — Лири кивнула на жемчуг. Она больше не злилась, сумев овладеть собой, и стала холодной и сдержанной. Теперь, когда ее лицо не искажала ярость, Брианна поняла, что она когда-то была очень красива и красива до сих пор. Краски лица чуть поблекли, и она немного раздалась в талии, однако держалась по-прежнему прямо и грациозно.
— Ничего подобного, — пылко сказала Дженни, — это ожерелье моей матери, она отдала его Джейми для того, чтобы он передал его жене…
— А его жена — я, — отрезала Лири, одарив Брианну высокомерным взглядом. — Я — его жена, — повторила она. — Джейми женился на мне по доброй воле и обещал заплатить за то, что обошелся со мной так дурно.
Она перевела ледяной взгляд на Дженни.
— Больше года я не видела от него ни единого пенни! Я вынуждена продавать свои вещи, чтобы прокормить дочь, ту, которую он мне оставил. — Лири вздернула подбородок и посмотрела на Брианну. — Если ты его дочь, то должна платить по счетам. Скажи ей, Хобарт!
Хобарт выглядел несколько смущенно.
— Послушай, сестра! — Он накрыл рукой ее ладонь, пытаясь вразумить. — Не думаю, что…
— Точно, ума у тебя с детства нет, чем же тебе думать! — Она раздраженно стряхнула его руку и указала на жемчуг. — Он мой!
Это был чистый рефлекс — жемчуг сам оказался в руке Брианны.
— Погодите-ка. — Ее голос прозвучал на удивление твердо. — Я не знаю, кто вы и что произошло между вами и моим отцом…
— Меня зовут Лири Маккензи, твой ублюдочный отец женился на мне четыре года назад и к тому же солгал!
По лицу Лири было видно, что она сдерживается изо всех сил, однако она не кричала, и краска уже схлынула с ее мягких пухлых щек.
Брианна сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.
— В самом деле? Тогда почему мои мать и отец сейчас вместе?
— Он меня бросил.
Слова упали, словно тяжелые камни в стоячую воду; от них пошла рябь бесконечной боли предательства. Юный Джейми открыл было рот, чтобы что-то сказать, — и снова закрыл его, глядя на Лири.
— Он сказал, что больше не может жить со мной под одной крышей и делить со мной постель. — Лири говорила спокойно, как будто выучила текст наизусть. — И ушел. А потом вернулся вместе с ведьмой. Спал с ней у меня под носом.
Лири подняла глаза на Брианну, пытливо всматриваясь в ее лицо, словно пытаясь что-то разгадать. Затем медленно кивнула.
— Это она. Она околдовала его с самого первого дня, как только появилась в Леохе. Из-за нее я превратилась в невидимку. Из-за нее он перестал меня замечать.
По позвоночнику Брианны пробежала холодная дрожь, хотя дрова в очаге пылали вовсю.
— А потом она уехала. Сказали, что она умерла. Погибла в восстании. А он вернулся домой из Англии, свободный наконец от тяжкого груза. — Лири легонько покачала головой, слепо глядя на Брианну. — Но она вовсе не умерла, и он не был свободен… Я всегда это знала. Всегда. Ведьму мечом не убьешь, их нужно сжигать.
Лири обернулась к Дженни, глядя на нее светлыми голубыми глазами.
