Baracunde полностью

Baracunde — древний демон, живущий и управляющий водой. В далёкие времена Baracunde приносили жертвы, каждое полнолуние, чтобы она не трогала деревни, как правило ей отдавали новорождённых, спустя несколько веков, стали приносить в жертву провинившихся или мужчин и женщин, уличённых в измене, спустя ещё некоторое время, когда мир стал более благоразумнее, люди ещё какое-то время приносили жерты Baracunde в виде мелкой сельскохозяйственной птицы или больных и умирающих зверей, но и это кануло в Лету. Теперь матери лишь изредка пугают непослушных детей, да желают путникам не повстречаться с Baracunde.

На вопрос как её уничтожить, она хмуро ответила: «Никак, то что появилось с рождением Земли, убить невозможно.»

Правда то что и в Индии знали о Баракунде вселило в Белогородова надежду, и он начал опрашивать всех старейшин, которые встречались ему на жизненном пути и действительно многие говорили о чудодейственном зелье, в основу которых входили еловая хвоя и красные кислые ягоды, этим зельем проливали земли, вливали в водоёмы, а иногда и омывались сами. Один старец рассказал о легенде, в которой Баракунду изловили в глубокий чан с зелёным варевом и запечатали в земле на многие сотни лет, пока один застройщик элитных домов случайно не выпустил её. Все эти истории казались вымыслом не более, но все они были частью одной правды; Баракунда существовала на самом деле и она вновь забирает детей. Единственное что Костя не понимал, почему он до сих пор видит призраки утонувших людей, тогда как другие взрослые нет? Возможно потому что она когда-то его коснулась. Насчёт Вики у него была отдельная теория, она бы тоже видела, если бы не принимала эти злосчастные таблетки, притупляющие разум.

Костя находился в своей квартире, сидел за столом и тяжело думал. Он коснулся уродливого шрама на своей груди — печати, оставленной самим демоном.

После вчерашнего происшествия в бассейне Вика всё думала и думала о том, что с ней и с её друзьями случилось в детстве. Она очень надеялась, что работа поможет ей переключиться. На приём пришли бабушка и её восьмилетняя внучка. Отчего-то они напомнили ей её саму в детстве и её бабушку. Это немного выбило её из колеи, но профессионализм не пропьёшь.

— Рассказывайте, на что жалуетесь, — сказала она, улыбнувшись девочке.

— Ника придумывает всякие небылицы, — со вздохом начала бабушка, — Вы должны её вразумить.

Имя девочки ещё больше придало сходство, ей даже показалось будто женщина произнесла не Ника, а всё же Вика, поэтому она сделала акцент на её имени:

— Ника

Девочка подняла на неё свои большие голубые глаза.

— Расскажи, пожалуйста, что имеет ввиду твоя бабушка?

Девочка какое-то время молчала, покачивая ножками на стуле. Вика уже собиралась попросить старушку рассказать причину их появления у психолога (хотя видение бабушки на проблему интересовало её меньше всего), как девочка заговорила сама.

— Я встретила Макара, когда мы с бабушкой гуляли по парку.

— Так, а Макар это…

— Это мой друг со двора.

Девочка вновь умолкла. Сейчас ни в коем случае нельзя упускать шанса её разговорить.

— Поди и в игры разные любите играть?

Девочка угрюмо кивнула. По бледному лицу бабушки Вика догадалась, что это всё её не просто волнует, а по-настоящему пугает. В Вике закрались нехорошие подозрения.

Перестань видеть во всём плохое, приказала она себе. Это никак не связано с тем, что случилось с ними в детстве.

— Он не хочет со мной играть, — печально сказала Ника.

— Почему?

— Хватит! — неожиданно выступила бабушка, прижав ребёнка к своей большой груди, будто бы Вика собиралась на неё нападать. — Зачем вы её допрашиваете?

— Это моя работа, — интуитивно ответила психолог, выпрямив спину.

— Ваша работа выслушать и помочь.

— Собственно этим я и занимаюсь, — Вика взяла себя в руки и даже улыбнулась.

— Макар утонул прошлым летом. Она не может его видеть. Понимаете, — во взгляде женщины отразилось отчаяние. Теперь понятно, почему она так отреагировала на её вопросы. — Каждый день она ведёт меня в парк к пруду, где он утонул и разговаривает с ним.

По Викиной коже пробежал холод.

— Он просто стоит и молчит? — Вика наклонилась к девочке. Та безропотно кивнула. И тут Вика всё поняла, — Послушай, только не вздумай подходить к нему, даже если он протянет к тебе руку. Это уже не он.