Вместе с тем, я предоставлял шанс отличиться и Марницкому. Пусть наведёт в Ростове порядок и докажет, что он окончательно перешёл со стороны серого позорного безучастия на светлую сторону активной борьбы со всем плохим во имя всего хорошего. Теперь Марницкому не нужны были мои дружинники, так как получилось даже договориться с военными, чтобы они предоставили целую роту солдат для наведения порядка в городах губернии. Более того, далеко не факт, что нынешний градоправитель Ростова абсолютно бесчестен и погряз в бандитских схемах. Он, скорее, как и ранее Марницкий, закрывал глаза на преступления, не видя возможности без последствий воспротивиться им, и пробовал угодить всем, при этом не запятнать себя окончательно.
Городской глава, может, безынициативный или не активный боец. Но, судя по тому, что мне удалось узнать, а также, о чём свидетельствовали документы из компромата, руководство Ростова участвовало в коррупционных схемах не активно, лишь только, чтобы выплатить необходимую «дань» от своего города. Сейчас «дани» нет, есть налог, но это другое.
Подобные люди не вызывают особого уважения, они не яркие, так как не борются с системой, предпочитая уживаться с ней. Но эти же люди, если им предоставить условия для жизни и работы, способны немало сотворить. С другой стороны, это дело правоохранительных органов: создавать условия, чтобы нормальный администратор, даже не будучи бойцом, занимался своими делами, развивал город и его окрестности.
Я не хотел себе признаваться, но всё же, стоит это сделать. Узнав, что Алексеев находится сейчас в моём поместье, я всеми силами стремился домой, испытывая еще больше мотивации, чем ранее Будто участвовал в гонках, летел домой на всех парах. Так, что чуть коней не загнали, при этом совершив лишь две остановки. И добрались до окраин моего поместья за сутки, но глубоко заполночь.
— Докладывай! — сказал я, когда на границе моих земель меня встречал Вакула, десантник и заместитель командующего моими дружинниками.
По ночам на дорогах должны оставаться только два дежурных дружинника, как это было мной заведено. Но десятник понял, что я к утру должен буду прибыть, потому встречал лично. Я оценил рвение, нужно будет всех мужиков поощрить, чтобы и далее старались.
— Так, неча и говорить. Живут гости ваши, не тужат, все выпытывают, да требуют снеди, чем их почивали на балу. Только, что господин Алексеев испытывал у меня, да и у других, кто такая Мария Александровна. Увидел её, так не то, чтобы обомлел, но удивился сильно, — докладывал Вакула.
Неужели Алексеев пользовался услугами Екатеринославских проституток? Это не очень хорошо, что он узнал Марию Александровну, но не вижу в этом ничего особо катастрофичного, тем более, что Марии Александровне будет в ближайшее время явно не до того, чтобы вспоминать худшее, что с ней случилось в жизни. Надеюсь, что вернувшийся её отец заставит девушку вспоминать о хорошем и надеяться на ещё лучшее в будущем.
Несмотря на то, что для Садового я выбил полное прощение, посчитал ненужным афишировать, что приютил бывшего, рассчитываю, что будущего, архитектора Екатеринославской губернии. Пусть он появиться позже, вроде бы как приедет с каторги, когда туда, якобы, я пошлю своих людей с известием.
Я пошел на укрывательство Александра еще и потому, что у него есть деньги. Получилось забрать схрон архитектора, который он оставлял перед своим арестом, но о котором не успел рассказать дочери. Сколько именно там денег, я не знаю, но архитектор обещал вложиться в какое-нибудь из моих производств существенной суммой.
Подъезжал я уже к своему поместью, когда на горизонте уже появлялись признаки скорого рассвета. Еще было темно, но появилась узкая светлая полоска, предвещающая яркий, во всех отношениях, день. Удалось немного подремать в карете, поэтому не сказать, что я насиловал организм тем, что уже не собирался ложиться спать. В некоторой степени я даже соскучился по своему спортивному, или даже, военному, городку. Турники, брусья, штанги и гантели, даже если они выполнены из дерева — всё это нужно мне обязательно перенести в том числе и в Екатеринослав, если я буду больше времени проводить в столице губернии.
— А, ну, хлопцы, становись на тренировку! — выкрикнул я и залихватски сделал сразу три подъёма-переворота на ближайшей перекладине.
