Женя смотрит на Игоря, как на божественное существо. А мне все-равно, в моей крови столько алкоголя, что я вся один сплошной адреналин. Хочется попробовать все самые страшные аттракционы.
–Пожалуй, начнем с горок. –произносит Игорь, и хватая меня за руку, тащит за собой.
Я не успеваю ничего сообразить, покорно следуя за ним, только оглянулась на оставшихся позади ребят, прикрывая сумасшедшую улыбку. Моя рука такая маленькая в его сильной ладони. Я постоянно дергаю его, останавливаясь у каждого аттракциона, с детским восторгом, глядя по сторонам. Он резко останавливается, и я врезаюсь в его широкую спину.
–Готова? –он загораживает собой аттракцион для лучшего эффекта. Я трясу головой, и мы проходим контроль.
Успеваем занять места в начале поезда, Игорь говорит, что с этого места лучший обзор, но я-то знаю, он хочет, чтобы я тряслась от страха и вопила, как ненормальная. Оператор подходит ко мне, чтобы помочь с ремнями безопасности, но Игорь взглядом дает понять, что мы справимся сами. Своими длинными пальцами он ловко застегивает ремни, затягивая их на мне. Последний ремень находится между ног и крепиться к остальным на талии. Он резко дергает его, задевая чувствительные точки. Я вдыхаю воздух, задерживая дыхание.
–Игорь, мне страшно.
Признаюсь я, и с тревогой гляжу в его глаза.
–Ничего не бойся, это всего лишь горки. Возьми меня за руку, и не смей закрывать глаза. Ослушаешься, я тебя накажу.
Смотрю на него и диву даюсь. Это человек с неисчерпаемым запасом идей.
Наполняю грудную клетку воздухом, беру его за руку, и мы трогаемся с места. Поезд набирает скорость и мое сердце уже уходит в пятки. Хоть мы и сидим в самом начале, я нетерпеливо вытягиваю шею, пытаясь рассмотреть дорогу, уходящую в темноту. Нас начинает трясти и неожиданно поезд срывается в пропасть, сердце замирает. Пока мы падаем вниз, меня отрывает от кресла, но благодаря ремням, я не лечу в свободном падении. Все пассажиры начинают оглушительно визжать. Навстречу несется звездное ночное небо, нас подбрасывает, слетаем вниз, зависаем, взлетаем, вверх, вниз, резко вправо, крики, визг, скрежет металла. Я сильнее сжимаю руку Игоря, прижимаясь лбом к его плечу, не переставая кричать. Все-таки я закрывала глаза. Мы куда-то падаем на огромной скорости, дух захватывает, круто, вот это адреналин. В проблесках света, вижу, как он пытается скрыть ироничную улыбку. Когда поезд заходит на последний вираж, отваживаюсь отпустить поручень, и поднимаю руки в воздух. Нас переворачивает, и мои волосы парят в невесомости. Это невероятное ощущение свободы, драйва. Когда мы выходим с аттракциона, я шумно выдыхаю и постоянно оглядываюсь, не в силах справиться с бурлящими эмоциями. Мои руки дрожат, а сердце бешено колотится в груди.
–У меня просто нет слов, Игорь. –восторженно произношу я, наконец совладав с эмоциями.
Он улыбается моей детской впечатлительности. Не могу перестать широко улыбаться.
–Что?
–Никогда не видел, чтобы человек был настолько счастлив, покатавшись на горке. –с насмешкой говорит он.
Игорь пальцем повторяет изгиб моего локона, заглядывая в самую глубину моих глаз.
–Как насчет позависать в воздухе?
Намекает на самый страшный аттракцион в этом парке, Гранд Каньон. Я смотрю в его сторону, размышляя, готова ли я к еще большему экстриму. Что ж, отступать некуда. Игорь, переплетя наши пальцы, уже ведет меня к лифту, минуя очередь. Да что это со мной, я же дала себе зарок жить на полную катушку, отрываться, веселиться, и без всяких страхов и сомнений ступаю за ним.
Мы и еще пара таких же ненормальных заходим в лифт, и судя по тому, что у меня закладывает уши, поднимаемся на приличную высоту. Когда створки лифта услужливо открываются, нас встречает небольшой ветер. На какую высоту мы поднялись, только что ведь не было ветра. Будь сейчас день я бы могла оценить вид этого ущелья. А сейчас, взглянув вниз, вижу лишь пустоту, сдавливающую сердце.
Я понимаю, что все очень серьезно, когда нас просят подписать бумагу, в которой говорится, что организаторы не несут ответственность за наши жизни. И тут мне становится по-настоящему страшно.
–Игорь, я не пойду. Это уже слишком.
У меня срывается голос, я держу в руках злосчастную бумагу, и потрясенно мотаю головой.
–Мика, пожалуйста, ради меня. Я ни с кем не приходил сюда. Ты первая. Не хотел, чтобы видели мои эмоции. Позволь разделить их с тобой. –признается Игорь.
Может быть я играю с судьбой, но я даю согласие.
