– Правда, правда, – с такой же улыбкой ответил Филипп:
– Мои дорогие! Я вас поздравляю, наконец радость посетила и этот дом. Кора, дорогая тебе нужен покой. Ой, совсем не подумала… может, тебе что-то принести? Может, ты проголодалась?
Тётушка металась по комнате. Она подошла к окну и одним махом рук раскинула тяжёлые зелёные шторы, сквозь которые почти не проникал свет. От резкого попадания солнца в глаза Кора закрыла лицо руками.
– Тётушка, можно попросить вас принести мне свежей воды, холодной?
– Да, да, милочка, сейчас.
Тётушка удалилась из комнаты. Филипп наклонился поближе к Коре и нежно поцеловал её в уста:
– Что-то мне не верится, что тебя мучает жажда…
– Ну, мне нужно было, как то выпроводить её из комнаты.
Дав ответ, Кора резко схватила Филиппа за шею и потянула к себе, одарив поцелуем:
– Единственная моя жажда – это ты, Филипп.
Филипп улыбнулся:
– Знаешь, Кора, несмотря на то, что ты уже моя жена, я все равно продолжаю жить, завоевывая тебя, мечтая о тебе. Я безумно рад, что у нас будет ребёнок. Спасибо.
– Я люблю тебя, Филипп.
Беременность проходила отлично, Филипп, как всегда старался не отходить от жены. Тётушка Моника, правда, уже начала раздражать будущую мать своей опекой и заботой, но лучше уж с ней, чем без нее. И к тому же Филипп находил способ утихомирить возлюбленную, когда что-то её сильно выводило из себя.
Доктор Лалрей нанес несколько визитов и сказал, что состояние Коры его очень радует.
Когда шёл седьмой месяц беременности, в поместье Бармингтонов пришло письмо, адресованное тётушке. Его получил Филипп, после чего сразу направился в дом, чтобы передать его в руки Монике. Он встретил женщину на кухне, прислуги рядом не было, Кора в такую рань ещё не проснулась. А тётушка Моника уже возилась со своим фирменным сливочным пирогом – никто из кухарок не мог приготовить его так, как она, и женщина сама вставала у плиты, к счастью, это было ей в радость.
– Доброе утро, уже возитесь на кухне с готовкой? Когда есть кухарки, это редкость.
– Доброе утро, Филипп. Да, я решила вас сегодня порадовать.
– Я тоже могу вас порадовать…
Тётушка остановила весь процесс приготовления и внимательно посмотрела на Филиппа.
– … Вам пришло письмо.
Филипп передал послание ей в руки, и женщина начала открывать его дрожащими руками, запачканными в муке.
После прочитанного тётушка Моника заплакала – то ли от радости, то ли от тоски по сыну. Но больше всего её огорчил тот факт, что Леонардо даже не знал о смерти своего отца.
– Вы позволите? – Филипп протянул руку к письму, и тётушка передала его ему. Она совершенно не была против того, чтобы Филипп прочитал содержимое.
– Так это же здорово! – радостно закричал Филипп.
– Филипп, он не знает, что Вельмир умер. Ты хоть представляешь, каким это будет ударом для моего сына?
– Вы столько лет его не видели…
– Не говори ничего Коре.
Филипп уже ничего не стал говорить, лишь кивнул в знак согласия и покинул кухню, оставив Монику наедине с собой.
