У Фаунтли Джона ждал сюрприз: с Лорной разговаривал Билл Бристоу.
– Значит, мне не показалось, это ваша машина стоит у крыльца, Билл... Можно не спрашивать, к кому вы приехали, даже если мисс Фаунтли питает на этот счет какие-либо иллюзии. А знаете, Билл, она, между прочим, часто говорит мне о вас и далее уверяет, будто каждый раз при вашем неожиданном появлении ее сердце начинает трепетать!
Бристоу усмехнулся.
– На сей раз охотно вам верю, Мэннеринг! Не беспокойтесь, мисс Фаунтли, сегодня ваш друг нужен мне только для опознания.
– Всегда к услугам полиции, – с самым добродетельным видом заявил Джон. И, склонившись над рукой Лорны, шепнул: – Если она вернется – задержите до моего прихода.
Инспектор приподнял край белой простыни, и Джон, бросив на покойника быстрый взгляд, отметил про себя, что даже смерть, по-видимому, не принесла покоя господину де ла Рош-Касселю – его грустное благородное лицо искажала гримаса отчаянной тревоги.
– Это действительно он, Билл.
– Тогда идемте. Нечего тут торчать: за тридцать лет службы я так и не смог привыкнуть к этому месту.
Они вышли из морга и зашагали по длинным коридорам Ярда.
– А теперь куда вы меня ведете, Билл? Я чувствую, что у вас есть какой-то умысел.
– Будь ваша совесть спокойнее, – мрачно заметил Бристоу, – вас бы это не волновало. Мы всего-навсего идем к сэру Фоулксу.
– Наконец-то я узнаю что-нибудь новое! Не в упрек вам будет сказано, Билл, но за всю дорогу – а мы пересекли чуть ли не весь Лондон – вы не проронили ни слова. Можно было подумать, что вы сдаете экзамен на права, ей-богу. Насколько я понимаю, отклонить приглашение невозможно?
– У меня в кармане ордер, но на вашем месте я бы не тревожился.
– Дэвид меня нисколько не беспокоит, – улыбнулся Джон, – на прошлой неделе я у него обедал. Вот вы – куда опаснее!
Это было чистой правдой. Сэр Дэвид Фоулкс, заместитель начальника Скотленд-ярда, женился на подруге детства Мэннеринга и, несмотря на все проделки Барона, оставался с ним в превосходных отношениях.
– В доказательство того, как несправедливы упреки в мой адрес, – продолжал Бристоу, – могу вас порадовать. Вы были-таки правы. Это и в самом деле убийство. Две девушки смотрели в окно и все видели: машина намеренно наехала на ла Рош-Касселя, спокойно переходившего улицу, и тут же исчезла.
– Это не доказательства, как сказал бы Линч.
– Совершенно верно. Но к пострадавшему тотчас подбежал прохожий, схватил папку и был таков. А это уже точно доказывает умысел.
– Что ж, по-моему, все совпадает с тем, что я вам рассказал. Стало быть, вам все-таки стоит мне верить хотя бы время от времени? А девушки не сообщили вам приметы похитителя?
– Нет. Они сидели на четвертом этаже! Но машина...
– ...Большой черный "ягуар", – прервал его Джон.
– Да. Откуда вы знаете? Мне думалось, вы ее не видели?
– В два часа – нет, в четверть пятого – да! Она повторила свой милый фокус. Не будь вы так подозрительны, я рассказал бы вам и эту историю. А так – лучше приберегу ее для Дэвида.
Они остановились у двери заместителя начальника Ярда. Бристоу положил руку Мэннерингу на плечо.
– Я хотел бы кое-что сказать вам, Мэннеринг. Эта история очень сложна и в высшей степени неприятна. Сэр Фоулкс объяснит вам почему. Но от себя лично предупреждаю: если вы вздумаете развлекаться и запутать все еще больше, то я всерьез рассержусь. Не забывайте – вы собирались приобрести краденые бриллианты, и уже одно это может навлечь на вашу голову кучу неприятностей.
Джон и без инспектора это отлично знал. Он взглянул на Бристоу с нескрываемым раздражением.
– Вы хотите войны, инспектор? Лучше бы вам меня не злить. Иначе я больше ничего не скажу. Выбирайте!
Сэр Дэвид Фоулкс был чуть старше Мэннеринга. Человек добродушный, он к тому же обладал хорошо развитым чувством юмора, и это позволяло ему не особенно сердиться, когда Барон выкидывал какую-нибудь очередную штуку.
– Не спорьте, Джон! Я вас слишком хорошо знаю: вы готовы были купить краденые драгоценности. И какие! Эти пять бриллиантовых звезд – историческая ценность, и принадлежат они ни больше ни меньше как французскому правительству! Эти Звезды украли в Версальском дворце и заменили отличными копиями.
– Но что они делали в Версале? – ошарашенно спросил Джон.
– Там была выставка вещей Марии Антуанетты. Эти Звезды подарил ей в день свадьбы Людовик Шестнадцатый.
– Черт возьми! И когда обнаружили кражу?
– Да только сегодня утром! Никто раньше не замечал ничего подозрительного. Чему вы улыбаетесь, Джон?
– Сейчас объясню, – весело ответил Мэннеринг. – Вчера я позвонил своему другу Неттеру – одному из крупнейших ювелиров Парижа – и спросил, известны ли ему некие бриллиантовые звезды. Вероятно, он и предупредил Сюртэ...
– Да, вы правы, это Неттер обнаружил, что настоящие камни заменены копиями, – в полном изумлении проговорил Фоулкс, – а это значит...
