Даже пираты Крифа не были отдушиной. Они хоть и не были защищены двумя сильнейшими фруктовиками, каждого из них прикрывала ранее бесполезная девушка. Атаки самурайки, сами по себе бесполезны. Ни один из слешей не то что не мог долететь, даже нанести Хатиману вред просто не могли. Зато ленты максимально эффективно спасали людей. Они у нее были за место щупалец Фейна, которые перемещали не пауков, а просто людей. А все, что нужно было Крифу, так это более высокая мобильность для его команды, чтобы он мог вовремя всех прикрыть.
В результате всего этого, Хати был вынужден попросту уйти в защиту. Преодолеть барьер из заградительных атак чистой силой он не мог, а потому был все же вынужден что-то придумать.
А потому то вскоре он вспомнил и слова Ваттера: При неравных условиях, требуется сменить поле боя.
А поскольку наибольшей проблемой были именно существа Фейна, которые как назойливые мухи преследовали его каждый шаг, и вылезали из-под земли, он мог сделать лишь одну вещь. Не найти, а создать новое поле боя.
— Давайте теперь помогайте, — Тихо прошептал Хати своим катанам, и попросту вытащив их из ножен, начал делать непоследовательные, и относительно странные движения. Были же они настолько необычными, что Фейн от такого на какой-то момент просто завис. Для остальных же это правда было новым поводом для атаки. Пока Бундир посылал лучи с неба, пытаясь попасть по быстро летающему парню, Криф наконец заулыбался.
За все время он не нападал ни на кого, кроме как на Хати, в простом желании действительно его убить. Когда же он увидел, что он достал катаны, тогда же серьезность наконец взяла полный вверх. И вместо того, чтобы просто выжидать нужные моменты для атаки…Криф резко начал наседать на Хати, ведь он понимал одну истину, с мечами Хатиман слабее. И при этом медленнее.
На каждую атаку Криф действительно успевал среагировать, хоть и последний момент. Этого, впрочем, было достаточно, чтобы использовать разработанный стиль наказания. После каждого удара, Хатиман получал хлесткий удар по какой-то конечности. И хоть каждая часть тела защищалась благодаря воле, все же эффект от ударов Крифа был более глубоким. Его атаки пробивали защиту. Потому то начали страдать связки, мышцы и органы. Но единственное, на чем был сосредоточен сейчас сам Хати, так это на создании поля боя, а не на ответных ударах.
Потому то вскоре с неба спустилась странность. Буквально, все облака, которые находились над островом, подтянулись с помощью ветра ближе к земле. А благодаря простым способностям к созиданию, он создал облака еще и лично. В результате этого, в километре от земли, образовалась большая платформа, прямо-таки из облаков. Размеры по крайней мере были идеальны для того, чтобы уместить здесь сразу нескольких гигантов.
А только закончив с ними, Хати наконец убрал катаны обратно в ножны, и насел на того единственного, кто пока что был на этих самых облаках. Бесящего Крифа, у которого от масштабности того, что сделал Хати, попросту неожиданно раскрылись глаза.
— Что с твоими навыками ветра, это разве не уровень фруктовиков? — В глазах попросту появилась зависть. Зависть, и непонимание одной странной вещи. Только он начал отбиваться от Хатимана, и пытаться нанести свои удары в ответ, он заметил небольшое сопротивление при каждом взмахе меча. Катана будто попросту хотела делать совершенно другие вещи, нежели он, из-за чего…удары не только выходили в разы слабее, но и он сам начал пропускать удары, на которые раньше хоть и с трудом, но отвечал.
Хати же не мелочась, наносил удары кулаками с такой силой, что облака попросту развеивались, однако потом обратно быстро зарастали. Только добиться такого же эффекта, как и раньше, он не мог. Криф не начинал блевать кровью ни через десяток секунд, ни через тридцать. Он подставлял больше руки, чем свои внутренности, из-за чего и правда мог сражаться дольше.
Единственное, во всем этом все еще была большая проблема. Дистанционные атаки Хатимана, который атаковал именно кровь врага, было заблокировать так же трудно, как и пробить самого Хати. Потому то, не только меч вел себя странно, но и само тело. В какие-то моменты оно либо отталкивалось, либо неслось прямо на противника, словно Хати им управлял, как марионеткой. Последней же каплей стала конкретно прочность противника.
В тот самый момент, когда Криф смог отвести кулак Хати в сторону, и атаковать лично, он узрел то, что попросту заставило его замереть. Катана остановилась всего в паре сантиметрах от шеи Хатимана, в простом нежелании продолжать удар.
— Тебе бы атаковать в полную силу, чтобы преодолеть мой магнетизм, — Сухо посоветовал ему Хати, и в следующий же момент прямо по голове Крифа прилетел жесткий удар кулаком. В результате удара он правда не отлетел, а ударился об появившееся за голову облако. И под жестким конфузом, он не мог ни нанести удар в ответ, ни даже защититься, из-за чего прямо на голову, которую защищала лишь воля вооружения, обрушился шквал ударов. Шквал, после которого слышался треск.
