— Или…или только вечер? Знаешь, мне кажется я что-то в последнее время начал забываться. Умственный труд без перерыва слишком сильно сказывается на гребильном состоянии моего цинтрикурного мозжечка.
— …Что? — Гикс тут же в непонимании наклонил голову.
— Моя формулировка. Я где-то писал об этом побольше…не помню уже где. Да и не важно, раз я это забыл. В любом случае…как только придешь в следующий раз, я наверно закончу уже свой труд. Спасибо, что выделил мне эту спокойную комнату, дети не отвлекают. В общем, я все тебе расскажу в следующий раз! Я столько тебе поведаю, ты в шоке будешь от моего научного труда, ха-ха-ха, невероятно просто. Быть убитым или убить саму болезнь. Я трепещу от мысли о том, что мне необходимо сражаться за шанс выжить. А тебе…спасибо за то, что проверяешь мои гипотезы.
Однако всего через неделю… вместо ожидаемой встречи с бывшим другом…Вернувшемуся в свою психиатрическую больницу Гиксу предстали только реки крови. Полностью заполненные трупами коридоры, стены на которых явно отпечатались кровавые следы, и…
Пациенты, с перерезанными глотками, без внутренних органов. А вместе же с этим, и половина сожжённого комплекса, от которого единственное что осталось, так это металлические койки.
— Мистер, уцелел журнал посещений, и нам кое-что удалось достать, — К стоящему с пустым лицом мужчине, который пялился на пепелище, подошел молодой парень в форме Дозора, — Посетителей было до странного больше обычного. Семьдесят человек, все всего за один час. Мы изучим всех, и даже если виновник не среди них, думаю найти будет не трудно. В конце концов наш Капитан считает, что скрыть следы произошедшего, нельзя.
— Можно? — Неожиданно, появившийся откуда-то человек в черном костюме, и в металлической маске резко забрал у Дозорного журнал, и тут же уставился в текст.
— Эй, кто вы такой? И как вас сюда пуст…
— Я знаю кто это сделал, — Спокойный голос неизвестного резко перебил Дозорного, и буквально тут же приковал к себе взгляд Гикса. Впервые за последние несколько минут отвернувшись от пепелища, он практически разгневанным взглядом уставился на железную маску, — Смотри, в списке есть имена, которые принадлежат Баронам.
— И что? — Тут же дерзнул в ответ Гикс.
— Что ж…позволь рассказать о них побольше. Только сначала давай попросим Дозор не распространяться об этом деле… — И только посмотрев на молодого паренька Дозорного, они оба увидели, как к его голове прислонился палец непонятно откуда взявшегося человека. Грустного мужчины, в таком же черном плаще, но без маски, и с двумя катанами на поясе.
— Какого… — Гикс тут же сделал шаг назад от вида глаз парня, которые утратили всякую волю к жизни.
— Поговорим?
Теплая мораль освещала вновь созданную группу Хатимана. Проходя этажи, действуя при этом совершенно отличительным от прошлого, способом, они взаправду смогли найти баланс между грубым несением вперед и продуманностью действий. В отличии от того, что было раньше, приобретя уверенность, они легко проносились по коридорам, находя магнитные камни, и взбираясь все выше, время от времени обгоняя других участников.
И естественно, сопровождалось все это спокойной беседой всех трех людей. Хатиман слушал истории новых соратников, их ценности и взгляды на мир, узнавая их глубже. И беседа по душам, с людьми, которые действительно были готовы раскрыться, сразу же дало куда больший результат, чем за все время общения с Баронами.
Начиная с Рогуар, и того как она множество раз ощущала предательство, выстраивая свой бизнес с нуля, вновь зарабатывая себе территории, и вновь общаясь с людьми, которые ее и предали, она то и дело искала отрасль, которая подходила ей сильнее всего. С детства занимаясь лесозаготовкой, и по сей день услугами туризма. Часть ее огромного пути была выложена прямо на блюдечке, показывая тем самым, как она ковала себя морально, выковывая при этом свой образ в глазах Хати.
Счастливое детство и ужасная остальная жизнь произвела отчетливое впечатление даже на Гикса, а желание даже после всего случившегося помогать находящимся в трудном положении людям, многое говорило о ее взглядах. Конечно, были вещи и расходящиеся с принципами Хатимана, даже та самая помощь всем вокруг, казалась в его глазах бессмысленной.
Если человек не может помочь сам себе, то пускай о нем все забудут — вот какой на это был взгляд у Хатимана. Тем не менее это были стороны личности, менять которые Хати все же не желал, да и какого-то пренебрежения из-за таких взглядов он не ощущал вовсе.
Ну а в то же время, история Гикса была практически противоположной. Краткие этапы жизни не вызывали уважения, или же хоть каких-то иных эмоций, но вот взгляды на мир воспринимались Хатиманом полностью поддерживающе. Желание развиваться, соперничать, и достичь вершин, все это правда без лишних экстремистских подходов, как было у Хатимана.
И в отличии от Рогуар, бизнес Гикса был настроен на медицинских технологиях, содержании больных, и помощи им. В какой-то же степени, он даже привлек внимание Хатимана с немного иной стороны…
