Над портовым городом раздавались крики чаек. Десяток, может два пернатых окружили рыболовное судно, около которого только-только остановился корабль, и громкий визг достаточно быстро привел сидящего на палубе парня в чувства. Только проморгавшись и оторвавшись от собственного блокнота, он поднял свою голову, и сразу же встретил всю собравшуюся команду, что смотрела на массивный городок. Один только этот вид заставил его малость прищуриться.
— Наконец хоть кто-то живой! Две недели в пути рядом с трупами Дозорных, мне кажется я даже начал сходить с ума. Ах! Мизару, думаешь я начну разговаривать с ананасами? — Крепко сжимающий своего брата Ивадзару, как обычно дебоширил своим громким голосом. Братья конечно пытались заткнуть брата, пока Пандора спокойно поясняла задачи для всех них, но заткнуть его удавалось разве что только шипением.
Впрочем, только вставшего с палубы Хатимана — который состряпал себе за время путешествия особый уголок в углу корабля — это не волновало. Своим прищуренным взглядом он лишь осмотрел довольного Оскара, что уже долгое время пребывал во взволнованно-психопатическом состоянии, и дернул носом.
— Хатиман, тебя в твоих делах сопровождать надо? — Ну и наконец, одна из тех, кто заставляла парня хмуриться, обратилась к виновнику сего торжества. К тому, кто вообще заставил их приплыть на странный остров на отшибе моря…Пандора правда увидела лишь обращенный в море взгляд.
Парень — единственная странность которого за последнее время было разве что переселение на палубу корабля — пялился на стоящие вдали суда. Корабли их новичков, которые по правилам Пандоры, не могли приближаться к островам.
— Им нельзя подплывать, — Спокойно уведомила его Пан, попытавшись понять его взгляд. И как итог, она моментально получила весьма спокойный и расслабленный кивок.
— Подумал только о том, что Гикс вроде уже достаточно квалифицирован, чтобы набрать себе в помощники ученных. Он же вроде работал как надо за все то время, что они пытали людей, — Тем не менее, даже со спокойным тоном он заставил некоторых людей смутиться. Оскар, например, с легким стыдом покраснел, и даже отвел свой взгляд, понимая что его друг чем-то недоволен. Кумабити попросту малость улыбнулся. Ну а Пандора только закатила глаза.
— Я ведь объясняла, что это подкупленные Дозорные, которых ждал только эшафот. А то что мы их украли, и теперь в глазах Дозора они дезертиры, то это просто условности…Но предложение неплохое. Он правда заслужил, да Оскар? — И только развернувшись к доктору, и получив от него напряженный кивок, Пандора со спокойной улыбкой начала спускаться по мостику.
Следом за ней двинулись и остальные, тогда как некоторые даже помахали перед уходом Хати. Из-за того, что в сумме за последнее время парень вел себя достаточно приятно, такие обыденные жесты внимания прилетали достаточно часто.
Пиком же вежливости стало то, что он даже…начал отвечать кивком на прощания. Как бы там не было, но такие специальные медленные изменения были видны достаточно четко, и все, в том числе и Пандора, считали это результатом его отдыха и обработки.
Однако Хатиман же в свою очередь…играл в свою игру.
— Она и здесь будет расспрашивать о бессмертии. Возможно даже, что ее приступы из-за лжи других людей, покажутся вновь, — Остановившись у бортика, и проследив за уходящей в город Пандорой, Хати тихо пробубнил себе под нос. Задумался он достаточно сильно, — Узнать бы по какой причине она злиться Настолько сильно, когда подобное происходит. Для нее это больно не характерно. Да и слабость слишком большая.
— Потому она этим заниматься больше не будет. Сама ведь сказала, что пора меняться, — К удивлению, в его же монолог с самим собой вмешался спускающийся с мостика Кумабити. А только же они пересеклись взглядами, как он же решил пояснить, — Дело даже не в том, что она пообещала тебе не заниматься подобным. Просто ее детские порывы, это одна, возможно даже единственная слабость, которая остается у нее по сей день. Раз она так захотела, то будет искать все способы, чтобы избавиться от нее.
Только и улыбнувшись своими глазами, Кумабити пожал на пристальный взгляд Хати плечами, и окончательно спустился. Однако до того, как он двинулся в желанном направлении, до него вновь донесся голос.
— А ты знаешь из-за чего это началось? — Достаточно спокойный, ничем не отличающийся от обычного тона вопрос. Однако именно по этой причине это заставило Кумабити малость прищуриться, — Раз она до сих пор не избавилась от этих приступов, я бы предположил, что это что-то психологическое. У нее сильная травма?
— …Это причина, по которой все мы говорили тебе, что она нормальный человек, просто со своими проблемами. Раз хочешь, чтобы она вела себя более «человечно», то тебе не нужно делать ровным счетом ничего, и только ждать, когда она сама справиться с проблемой. А причина…может быть расскажу, если ты расскажешь зачем мы приплыли сюда, — Со своим прищуром он вновь уставился в лицо Хати, и буквально сразу же, впервые уже за довольно долгое время получил…некое давление.
