Когда первые проблемы были улажены, я смогла привезти сюда с Колонии Бета группу лицензированных практических сексуальных терапевтов – мы заключили с ними краткосрочный контракт. Им предлагалось провести курс обучения для членов этого профсоюза. А тем самым и для их клиентов. Тем новые правила, в общем, понравились – так безопаснее. Да и приятнее, видимо. И без риска заразиться. Но несколько военных не смогли привыкнуть к новым порядкам и попытались пожаловаться на происходящее своему начальству. Они получили поддержку старых служак, начали качать права. Эйрел поступил очень просто: собрал совещание. Много времени это не заняло – он был там единственным докладчиком. Произнес всего несколько слов и показал им короткое видео публичной казни самого первого командующего зергиярской базой, того самого, который во время войны допустил насилие в отношении эскобарских военнопленных, размещенных там. – Лицо у Корделии вдруг исказилось болезненной гримасой. Слишком уж живо она всё помнит. И не по видео. – Он рассказывал, что, когда показ закончился, стало очень тихо.
– А-а, – только и сказал Блез. – Э-э. – И справившись с растерянностью, все же добавил: – А не лучше ли было назвать этот профсоюз как-нибудь иначе?
– Вполне нормальное название, главное – им самим нравится.
Иви глянула на хроно:
– Так что насчет речи?
Корделия вздохнула:
– У меня уже выгорание с речами. А они заслуживают чего-то получше. Может, удастся уговорить доктора Татьяну? Она найдет для них что-нибудь позитивное. – Доктор Татьяна была одним из бетанских секс-терапевтов, оставшихся работать на Зергияре. И если «Татьяна» – это псевдоним, то докторская степень у нее самая что ни на есть настоящая. Она была одной из любимых бетанских экспатов Корделии и часто получала приглашения во дворец на приемы, когда требовалось внести некоторое оживление.
Иви кивнула, сделала очередную пометку и, посмотрев на видео-панель, перешла к следующим пунктам повестки дня:
– Апелляционный суд по делу об убийстве в Ред-Крик отложен на следующую неделю.
Корделия помрачнела.
– Я и рада этому, и в то же время хочу, чтобы с этим было покончено, – вздохнула она. – Надеюсь, они закончат на этом уровне.
Блез насторожился:
– А вы думаете, они дойдут до приемной вице-королевы? Это может стать важной новостью.
Разве что по Зергиярским меркам, подумала Корделия. Она пожала плечами:
– С большинством судебных дел именно так и бывает. Ведь мы последняя инстанция для апелляции. Обычно это уже прошения о помиловании или о смягчении наказания. Только фор, обвиненный в измене, имеет право добиваться рассмотрения в Форбарр-Султане. Но такого у нас, к счастью, не было. Зергиярские суды хорошо работают с фактами. И, слава богу, у нас есть суперпентотал. Представить не могу, каково приходилось судьям в те времена, когда невозможно было быть уверенным до конца, что не осудил невиновного. – И добавила: – К счастью, уголовных дел на Зергияре немного. Мы с Эйрелом сталкивались с таким раза два в год. Зергиярцы гораздо чаще убивают друг друга случайно, чем умышленно. Но с ростом населения преступность неизбежно возрастет.
Случай в Ред-Крик особенно отвратительный. И глупый, как это обычно и бывает. Сожитель убил женщину в домашней ссоре, так что это пока считалось преступлением в состоянии аффекта. Женщина, как поняла Корделия из уже прочитанных докладов, сама была далеко не подарок. Но затем он, обезумев, стал гоняться по всему дому за ее малолетними детьми, которые всё видели. Их он тоже убил, после чего попытался скрыть следы преступления и поджег дом. Первый суд был местным и скорым. И на апелляцию ему тоже не стоит возлагать надежд.
– В этом случае вы дадите тот же ответ, как и на петицию родителей? – осторожно уточнил Блез.
