Несмотря на то, что на двери магазина было написано о торговле оружием, никаких винтовок или пистолетов внутри не наблюдалось. Полки были усеяны рядами одностраничных книжек, которые при открытии создавали голограмму той или иной модели оружия, как ручного, так и корабельного.
Продавец, молодой парень с раскрашенным в синий ухом, как было модно у аргонцев, сидел за прилавком, заодно копаясь в каком-то разобранном до винтика устройстве. Увидев вошедшего в магазин Романа, он вскочил со стула.
– Чем-то могу помочь? – затараторил продавец.
– Слушай, – Бланка старался выглядеть максимально дружелюбным, – ты не знаешь, где на этом уровне серверная? Я тут первый раз.
Взгляд парня стал более спокойным.
– Блок У-четырнадцать, комнаты с триста первой по триста тридцать вторую.
– Спасибо! – улыбнулся Пётр и поспешил покинуть магазин.
Мимо уставших глаз пилота проносились сотни дверей с написанными на них номерами. В коридоре, как и на всём уровне, ему встретилось от силы пять человек, и, к его облегчению, никому из них не было интересно, куда так спешит Пётр.
Бланка остановился перед дверью под номером триста один; нервно вздохнув, начал шарить по карманам в поисках пропуска; наконец, вытащил его и дрожащими руками поднёс к сканеру.
– Доступ разрешён, – пискнуло устройство.
Изнутри серверная была похожа на комнату с бесконечно длинными металлическими стеллажами, наполненными одинаковыми компьютерами. На торце каждого из стеллажей располагался аппарат, с виду похожий на информационные порты в вестибюлях станций. Пётр подошёл к одному из них.
На дисплее устройства появилась надпись «Приложите карту доступа к экрану КУСа».
Бланка незамедлительно поднёс карту к аппарату. Тот удовлетворённо пискнул и открыл интерфейс, в котором Пётр выбрал пункт «Загрузить информацию на носитель», затем, подчиняясь требованиям машины, прислонил устройство хранения данных к экрану.
– Передача данных завершена, – это сообщение почему-то было озвучено, и холодный тон автоматической системы эхом раскатился по бездонному помещению.
Бланка с облегчением вздохнул. Вот он, тот самый шаг на ступень выше!
Скрипнула металлическая дверь, окутывая тьмой серверную. Пётр медленно пошёл по коридору.
Раскалённый свет ярко-красных лампочек больно ударил ему в глаза. Засвистело в ушах, и пилот, поглощённый штормом паники, побежал к выходу.
– Тревога: несанкционированное проникновение в блоке У-четырнадцать. Всем дежурным по уровню прибыть на место незамедлительно.
– Стоять! – крикнул человек в форме пробегающему мимо него Петру, заглушая хрип обьявления.
Никогда ещё пилоту не приходилось бегать так быстро. Кто-то перегородил ему путь, и он на секунду заметил готовое к стрельбе оружие.
Мимо пролетали стены, двери, люди, пытавшиеся схватить его. Чем они отличались от пролетавших подобно дней, месяцев, недель его пути, подкреплённом великой целью? Перед глазами появился силуэт «Интегры», и её белоснежный корпус на секунду вспыхнул.
Мир резко оборвался, и власть над зрением пилота взял мрак.
А была ли выполнена задача?
…В далёком, полном от боли и тишины уголке космоса, которые обычно облачаются в пристанища криминальных элементов, сегодня безудержно кипела жизнь.
Строительные корабли Эртана, словно играясь друг с другом лазерными лучами, занимались монтажом частей космической станции. И это была бы абсолютно стандартная процедура сооружения какого-либо завода или аванпоста, если бы зону строительства не патрулировали гордные суда Легиона. Звенья истребителей, то разделяясь, то соединяясь вновь, словно пчелиный рой кружили вокруг, сразу реагируя на любую постороннюю активность в этом пустынном секторе Вселенной.
Никто доподлинно не знал, что именно здесь строится. Да и никому не было дела.
Лишь когда последние коридоры были доверху заполнены высокотехнологичным оборудованием, и ангары станции приняли первый транспортный корабль, суть затеи больших шишек правительства стала ясна.
Официально сооружение получило наименование «Союзная станция специальной подготовки оборудования (номер семь)», однако в народе её сначала прозвали просто Седьмой станцией. Чуть позже кто-то придумал более точное и жуткое прозвище – «Гной».
Несмотря на якобы вполне безобидное назначение, эта станция была детищем жуткой паранойи, грязного страха потерять своё насиженное место в кресле депутата или офицера, уступив сладкий кусочек власти другому. Здесь работал особый отдел САР по нахождению и реабилитации элементов, имевших отношение к событиям во временном промежутке от развала Федерации Эртана и до образования Союза Алых Республик.
Сгоняли сюда всех, кто состоял на службе в образовываемых государствах, либо же занимал высокие посты в их правительствах. Особую роль, конечно, отводили горстке выживших жителей Анакреона.
