– Дочь сенатора стала работать на ЦРУ. Она добывала от него ценную информацию.
– Какого рода?
– Сирийская разведка в Великобритании и США.
– Сегодня же вылетаем в Денвер. Луго, позвони в посольство, договорись, чтобы мне придумали официальную причину.
26 мая 2000 года, Северный Ирак. Операция по освобождению.
Рассвет застал вертолет у самой границы.
Вертолет МИ8 летел на низкой высоте, чтобы его не засекли радары. Единственная проблема – отсутствие звукоизоляции. В этой связи при пересечении границы Альтаир приказал поднять два вертолета. На случай, если пограничники Ирака услышат шум винтов, то они увидят, как сирийский вертолет возвращается к себе. В это время второй вертолет, полностью отключив все фонари, проскочит на сторону Ирака. Иракские пограничники, по замыслу Альтаира, должны были посчитать шум винтов второго вертолета, как эхо долины.
Дальность полета вертолета семьсот километров. Расстояние до базы боевиков от военной базы Сирии четыреста километров. Проблема заключалась в том, что вертолет летел на базу не напрямую, а по кругу, чтобы ввести в заблуждение охрану и появится на западе. В этой связи в вертолет пришлось погрузить авиационное топливо, а также дополнительное оборудование на случае небольшой поломки. Модификация вертолета позволяла вместить до тридцати десантников. В действительности, пилоты всегда страхуются и берут на пять-шесть человек меньше положенного. Также, на всякий случай, вертолет взял второй экипаж на случай ранения основных пилотов.
В итоге, в вертолете находилось десять десантников в полной экипировке. При приземлении второй экипаж совершал дозаправку вертолета, а спецназ занимался охраной и освобождением.
По данным разведки охрана базы не превышает шести человек, но разведка не гарантировала эти данные в среднесрочной перспективе. В любой момент из глубины страны мог прилететь настоящий вертолет с группой солдат. Поэтому десантники были еще в Дамаске информированы, что, в случае чего, противников может быть до тридцати человек. У всех десантников были фотографии Джахизы, дабы они ее не убили при штурме.
Десантники были переодеты в гражданскую одежду курдских поселенцев, чтобы еще больше ввести в заблуждение охрану. Пустынные черные куртки, бедуинские повязки и войлочные штаны. На куртках красные ленты. Это было сделано, чтобы снайперы группы поддержки могли отличить, кого убивать, а кого нет.
Группа разведки стала группой поддержки за два часа до операции. К ним подошла еще одна группа спецназа, которая пересекла границу ночью пешком и проехала триста километров за два дня на электрических мотоциклах. Длительность перехода объясняется тем, что они транспортировали оборудования для блокировки радиосигнала и боялись его повредить.
Альтаир не рискнул десантировать запасную группу вертолетом. Пилоты использовали карту, созданную разведкой Луго: основный ориентир – река Тигр и три высоких холма. В случае необнаружения данных ориентиров миссия считалась проваленной, и вертолету следовало вернуться.
Спецназовцам перед операцией были введены специальные лекарства, разработанные военными Сирии для постоянного бодрствования.
Еще ночью вертолет вылетел из Дамаска в Эль-Камышлы, а оттуда на рассвете в Ирак. Никто не мог гарантировать, что вертолет не заблудится. Поэтому одна попытка лучше двух.
В полете пилоты не могли уточнить маршрут, так как был включен режим радиомолчания.
Альтир стоял у иллюминатора, крепко сжимая автомат. Несмотря на приказ Башара, он был не в силах отказать своей гордости лично участвовать в операции. За столько лет службы – это была одна из первых его важных операций. Плюс ко всему он боялся за своих подопечных.
В 8 часов утра по времени Дамаска Башар и Мустафа Миру направлялись в аэропорт, чтобы вылететь оттуда в США. Их маршрут рассчитал Луго, для конспирации Башар вначале летел в Лондон, затем возвращался назад, и где-то над Парижом менял курс на Америку. Это должно было запутать агентов Секретаря, которые, как полагал Луго, уже следили за ними.
Самолет вылетел без задержки. Весь полет Башар ждал вестей из Ирака, переживая за операцию. Провал операции уничтожил бы многие жизни и привел бы страну к величайшему дипломатическому скандалу.
В 8.30 утра к Башару пришло сообщение от Луго: «Наша группа на подходе к базе».
26 мая 2000 года, 8.30 утра. Северный Ирак. В пригороде Мосула, устье реки Тигр.
Вертолет МИ8 медленно приближался к базе боевиков. Сама база выглядела как несколько землянок, покрытых сверху брезентом.
Вторая группа уже давно включила передатчик радиопомех. Охрана была не способна выяснить, кто прилетел, почему и откуда. Связаться со своим начальством тоже было невозможно. Спецназовцы внутри вертолета приготовились к атаке. Напряжение, царившее среди них, можно было сравнить с обезвреживанием ядерной бомбы.
Охрана появилась лишь на подлете, когда свежая краска вертолета ярко светила им в глаза. Сразу из землянок появилось шесть боевиков, которые держали автоматы Калашникова на изготовке. После этого план закончился, и начались сюрпризы.
