– Хорошо. Спасибо за информацию. Мой друг Мустафа поблагодарит тебя.
Башар сел в машину, а Мустафа передал сверток. После этого «Мерседес» покинул военную базу.
Башар позвонил Луго.
– Что произошло? – спросил бодрый уверенный голос.
– Этот парень виновен, – Башар говорил медленно. – Он уничтожил свой последний мост.
– Неужели коррупция? – удивился Луго.
– Не только.… В прошлом году было осуждено сто чиновников за коррупцию, но мы оба с тобой знаем, что коррупция в любом государстве начинается с десятка самых главных кабинетов в стране. Первое, что мы должны сделать – это реставрировать нашу нравственность. Два самолета это не большая проблема для Сирии, но большая проблема для меня.
– Хорошо. Наши действия?
– Слей информацию израильской разведке. Они уничтожат эти самолеты или в порту, или прямо на базе. Для этого напряги свои связи. Уменьши охрану авиабазы Джира, разминируйте подходы, отправь в отпуск лучших офицеров.
– Будет сделано. Самолеты уничтожать. А Капрал?
– Я хочу, чтобы он знал, что мы это сделали.
– Думаешь – это хорошая идея?
– Любая попытка обмануть президента должна пресекаться. Когда он поймет, нам останется лишь ждать его ошибок. Теперь только Бог спасет его, но надеюсь, что он на нашей стороне.
Глубокой ночью авиабаза Джира подверглась атаке неизвестных диверсантов. Шесть истребителей МИГ21 были взорваны в ангарах. Еще на трех были испорчены двигатели. Потери среди охраны не оказалось.
Уже утром на столе Башара лежала подробная сводка событий из военной разведки. Операцию провели израильские коммандос. Информация, которая просочилась к израильской разведке благодаря Башару, оказалась совершенно не нужной. Тель-Авив знал о сделке Капрала с руководством КНДР еще в начале весны. Операция израильских коммандос была готова еще неделю назад, на ее разработку ушло несколько месяцев. Эту операцию могли предотвратить сирийские спецслужбы, но Луго сделал все, чтобы им не мешали.
Вечер 28 мая 2000 года. Израильские диверсанты пересекли границу ночью со стороны Ливана. Всего их было семь человек. Они прибыли к базе к трем часам ночи. Для них другой группой был подготовлен схрон с оружием. Это была первоклассная взрывчатка С4, пистолеты «глок» и гранаты. Коммандос переоделись в военную полевую форму сирийской армии, затем, дождавшись, когда охрана исчезнет, они проникли на территорию авиабазы, сделав проем в проволочном ограждении. Надо сказать, что они не действовали наугад. Группа диверсантов имела точное представление, где находятся нужные им ангары. Поставив заряды на самолеты, беспрепятственно покинули территорию авиабазы, а следом и страны. Другая группа, которая наблюдала за этим на расстоянии, произвела подрыв зарядов. Поставившая заряды группа покинула территорию страны другим путем, предположительно выехав на территорию Турции.
В итоге Капрал решил, что израильская разведка вышла на его незаконную сделку через Башара. В действительности же Башар просто спас жизнь нескольким охранникам ангаров истребителей МИГ21.
29 мая 2000 года, 7.40. Офис Башара Асада. Дамаск.
Башар, Хафиз Махлюф, младший брат Махер, Луго, Альтаир и Мустафа Миру расположились на стульях перед видеодвойкой.
– Видеокассета от Бахджата Сулеймана, допрос Салима Карами, – объяснил Альтаир.
После этого кассета была вставлена в аппарат. Мерцающий монитор начал показывать черно-белую запись. На видео было видно, как прикованный к стулу сидел молодой худощавый парень. Салима было невозможно узнать после последней с ним встречи. Он выглядел до неприятности истощенным. Его лицо выражал животный страх и покорность судьбе. Некогда красивые мокрые черные волосы побелели от седины, пряди слиплись от пота. Где-то за кадром медленно ходил следователь с длинной палкой, лица которого было не видно.
– Твое имя? – зычным голосом спрашивал следователь.
– Салим Карами.
– Возраст?
– 22 года.
– Как давно они завербовали тебя?
– Я не понимаю, о чем вы.
– МИ6. Они ведь выходили с тобой на связь?
В этот момент Салим опустил голову, исступленно качая ею из стороны в сторону. Следователь отреагировал своеобразно. Ошеломительный крик разрезал тихий уютный офис Башара. Махлюф даже вздрогнул от неожиданности. Когда избиение закончилось, следователь продолжил допрос.
– Когда?
– На первом курсе.
– Твоя задача?
– Передача документов агенту.
– Имя агента?
– Я не знаю. Мне сказали называть ее Круделис.
Альтаир остановил запись.
– На латинском это означает «Бездушная», – объяснил он. – Это позывной Робота.
– Что вы сделали после того ошибочного разоблачения? – спросил Башар.
– Мы отпустили ее. Она ведь невиновна, – сказал Луго. – Но не волнуйся, она под постоянным контролем.
– Теперь все изменилось. Ее нужно убрать, – сказал Башар.
– Надо сообщить президенту, – заметил Луго.
– Обязательно, – согласился Башар. – Кстати, как там его охрана? Новых попыток не было?
– Нет. Все тихо.
– А по Кузнецу?
– Ничего, – ответил Луго.
– Не нравится мне это, – Башар был озадачен. – Он должен что-то предпринять. Нужно быть наготове.
– Так ты действительно хочешь убить Робота? – спросил Альтаир.
