Башар очнулся на парковке в десяти метрах от своей машины. Прохожие помогли ему подняться. Теперь у него появился новый враг номер один – это Робот.
31 мая 2000 года. Дамаск. Офис Башара Асада.
Башар сидел за столом, чувствуя себя оскорбленным и уязвленным. Его руки дрожали от шока и унижения. Гордость был разбита на мелкие кусочки, словно он упустил лучший шанс в своей жизни.
– Похищение подобного рода она проводила не раз, – успокаивал его Луго. – Видимо, в МИ6 ее научили. Ты ведь знаешь, гордость самый страшный грех.
– Луго, – обратился Башар. – Я собираюсь уничтожить всех их. Всю четверку.
– Ты должен предвидеть последствия. Президент одобрит уничтожение одного, двоих членов Секретного комитета, но не всех.
– Перед такой работой я должен с кем-то это обсудить.
31 мая, 2000 года. Гостиница «Хилтон». Каир. Египет.
Башару нужен был совет для дальнейших решительных действий. Его близкий друг, бизнесмен из Китая, организовал ему столь необходимую встречу. Далай Лама, величайший мыслитель, по роду обстоятельств находился в Каире.
Далай Лама пришел к Башару в президентский номер на двадцатом этаже в своем традиционном желтом халате. От него веяло некой силой, которая несла спокойствие и так необходимую душевную помощь. Его сопровождали десятки монахов и ни одного охранника. Это было непривычно для Башара. Он привык видеть политических лидеров в окружении вооруженных людей.
Беседа длилась два часа с глазу на глаз. Башару было интересна любая информация, исходящая от тибетского мудреца.
– Ты веришь в Бога? – задал вопрос Далай Лама.
– Конечно.
– Всегда верил?
Башар промолчал.
– А веришь ли ты в путь насилия? – спросил Далай Лама.
– Я не знаю.
– Готов ли делать выбор?
– Дорога политика – это дорога, усыпанная трупами. Каждый раз засыпая, мне кажется, что я иду по дороге, полной костей и крови. Сзади я слышу голос. Когда я оборачиваюсь, то вижу маленького мальчика. Он зовет меня и машет рукой, но я не могу вернуться. Мой путь ведет только вперед.
– Делай то, что должен, только помни: совершая зло против кого-то, ты вредишь самому себе. Любое совершенное зло – это зло против себя. Любые проступки, совершенные тобой, возвращаются к тебе. Люди, которые просят тебя о милосердии – это Господь в их устах. Случайности происходят только по велению Господа. Любое насилие будет отомщено.
– Как же мне творить справедливость?
– Справедливость, созданная людьми, не должна потакать злым намерениям. Твои помысли должны быть чисты, творя справедливость. Самая справедливая месть – это не заставить человек испытать все, что он сделал. Месть – это способ наказания, при котором человек должен раскаяться в содеянном.
– Я задаю вопросы и не вижу от Вас ответов.
– Ты не хочешь задавать мне вопросы. Ответы уже внутри тебя. Вся истина и Бог внутри тебя. Ты пришел лишь подтвердить свои мысли моими утверждениями. Тебе лишь нужно разрешение на твои действия. Неважно, что скажу я. Выбор остается за тобой.
– Выбор должен быть осознанным?
– Если абстрагироваться от морали, то любой выбор – это тонкая связь между разумом и сердцем. Страшная вещь, если боль или обида разрушают эту связь, подменяя ее злостью, гневом или верой в некую справедливость, которой нужна лишь кровь. Ты не должен совершать то, о чем будешь жалеть в будущем.
– Как избежать ошибок?
– Никак… Сколько ошибок ты совершил?
– Великое множество.
– И совершишь столько же. Это жизнь. Человек, который куда-то идет, не может не поскользнуться. Единственное, что я могу посоветовать – это видеть в людях душу. У всех она есть. Не становиться черствым, циничным и злым.
31 мая 2000 года. Дамаск. Резиденция президента Сирии.
Башар и Альтаир пришли к президенту с огромными кипами бумаг – компроматом на тайный совет. Хафез долго рассматривал бумаги.
– Что ты хочешь от меня? – наконец спросил президент Сирии.
– Разрешение на их устранение.
Хафез закатил глаза.
– Я знал, что ты придешь с такой просьбой… Я доверяю этим людям. Они редко меня подводили. Многие работают со мной с 1967 года.
– Однако, они виновны, отец.
– Ты не понимаешь. Думаешь, я смогу их заменить?
– Некоторые из них работают на разведки иностранных государств.
– И что они могут им рассказать? Твой помощник, Луго, сам один из них.
После этих слов Башар замялся.
– Ты должен понимать, сын, чтобы сохранить власть, нужно постоянно маневрировать. Грубая сила – это удел простаков, иначе любой, у кого есть винтовка и хороший глазомер, становился бы богачом. Ты хочешь, чтобы я разрешил тебе убить людей, которые мне доверяют. Ты думаешь, мне нравится их общество? Думаешь, я держу их только из-за дружбы? Это гарантия, что десятки людей, которые доверяют им, не пойдут против меня, ведь отнимая деньги у десяти богачей, ты грабишь десять тысяч крестьян. Тебя ненавидят богачи и любят крестьяне. Отнимая деньги у десяти тысяч крестьян, ты заставляешь себя ненавидеть, но если деньги отбирают у них богачи, то крестьяне ненавидят их и любят тебя.
