– Стоять, – обреченно приказала Воину Мист, и тот покорно замер – неподвижная, почти совсем неживая фигура в подземной темноте. – Ты, интересно, вообще, что, – пробормотала девушка, подходя к нему и, пользуясь минутной паузой, изучая своего “слугу” поближе. В отличие от других сдыхотей, Вейларис был теплее – и дышал чаще, но все равно на человека не тянул. Его лицо, исхудавшее и заострившееся, сейчас куда больше было похоже на точеное лицо статуи Иммеррейса или Мейли до случившихся с ним травм, чем на его собственное, а волосы стали серо-седыми вместо просто светло-русых. – И как же вас таких делают, – Мист оттянула ворот его куртки и свитера, изучая шею – ее рассекал чудовищный багровый продольный рубец, убегающий вниз. – Нет, пожалуй, раздевать я пока тебя не буду, будет в корне неправильно понято. Мальчики же такие мальчики, сам понимаешь.
– Глядь, Мист, – окликнул ее не в меру радостный Торрен. – Нет, ты глядь, это был самый настоящий церковный соглядатай, и его убили! Представляешь? Убили! это ж красота-то какая!
– А на нем прямо-таки написано, что соглядатай?
– Да у него ладанка с письмом какой-то местной шишки, с указанием прознать, что в замке творится и благословением. Видимо, из-за благословения он и таскал с собой, вроде как, талисман. А он того, прирезан. Причем, не тут – его тащили. Оттуда, – Торрен махнул рукой вдоль хода, куда они шли. – Видишь, тут следы крови есть?
– Захватывающе, – подтвердила Мист. – То есть, как минимум, кто-то из замка пристукнул святого отца и спрятал тело в подземном коридоре.
– Надо найти, кто именно, – заключил Торрен. – Это, конечно, не улика по части наших сдыхотных дел, но, может, просто другой хвостик той же проблемы?
– В любом случае, стоит этот вопрос изучить, – согласилась Мист. – Хоть я и с трудом себе представляю это расследование. “Простите, лэри, у вас тут никто подозрительный трупы не таскал?”
– Так у слуг спросим, – сообразил Торрен. – Кто-то что-то да видел. Тут такая штукотень, хозяева слуг не замечают, да и они друг друга зачастую тоже, но что-то необычное могли засечь.
– Так вижу я, появившийся непонятно откуда Торрен задает слугам небрежные вопросы про убийство церковной крыски, – с сарказмом живописала Мист, а Воин тем временем подошел к глухой стене и потянулся вверх, за каменный выступ, где, видимо, был спрятан механизм открытия дверей.
Как только плита начала отъезжать, Воин метнулся внутрь, раздался тихий задушенный писк, звук падения и снова тишина.
– Сдается мне, не мышь он там поймал, – посетовала Мист.
– Главное, чтоб не сожрал, – мудро изрек Торрен и осторожненько пролез в открытый до середины проход.
– Раньше времени, – интеллигентно продолжил Эррах, не понаслышке знакомый с этой проблемой.
– С кем я общаюсь, – картинно посетовала Мист, следуя за ними во внутрь.
Жертва нападения Воина была жива и без сознания: маленькая служаночка лежала без чувств на земле, но грудь ее тихонько приподнималась, и стоящий рядом на коленях Торрен не выглядел обеспокоенным, скорее, несколько озадаченным.
– Кажется, это служанка Элианны. Как там ее? Сейва, Сейна?
– Сейла, – поправил главный кандидат в словари.
– Точно.
– Это мы в ее комнату, что ли, забрались?
Торрен огляделся кругом, покачал головой.
– Нет, это совсем не ее комната. Слишком богато.
Мист прошлась вдоль стен, изучая шкафы.
– “Сравнительная анатомия”. “Основы хозяйствования”. “Фундаментальное строительство”. “Эльфийская радуга”. Однако! У кого это такой спектр интересов?
– И что здесь делала служанка Элианны, – добавил Торрен. – Она явно не убирается в других покоях, кроме комнат своей хозяйки. Она личная прислужница.
– Тем не менее, либо она тут копошилась, либо что, в комнате кавардак. Либо тут убирались, либо спешно собирались, чтобы смотать удочки.
– Дамочку надо допросить, – решил Торрен. – Только как? Зелье тут на ходу не сваришь.
– Надо было впрок наварить.
– Так оно портится, – с непередаваемой скорбью в голосе сказал парень. – Да и не умею я, рецепт только Виль знал, а от меня проку-то.
– Кончай прибедняться, нормально ты варил все, и Серый Мир, и Силу в ванной, и все на свете.
– Потому что по записям, – вздохнул Торрен, похлопывая бесчувственную девицу по щекам. – Эй, ты, глазоньки открывай, ты ж уже подслушиваешь, коза эдакая.
Девушка, поизображав бесчувствие еще немного, нехотя приоткрыла глаза, и Мист тут же втолкнула под ее взгляд Вейлариса, но Сейла даже не дрогнула, чем выдала себя с головой.
– Ага, – нехорошо обрадовалась Мист. – Значит, ты прекрасно знаешь, что по городу рассекал именно ваш Вейларис. И что он тоже сдыхоть – знаешь. Так, что ли, как там тебя? Сейла?
– А ничего я вам не скажу, – ответила девушка. – Хоть пытайти.
– А зелья нет, – грустно вставил Торрен. – Может, правда того? Попытать?
– Погоди, – Мист потерла запястье. – Тебе запретили говорить, угрожали?
– Ничего я вам не скажу, хоть режьти, хоть мучайти, а я молчать буду!
