– Ну, так Мейли в начале главы еще пишет, что принципиальной разницы в материале нет – разве что, кости и плоть легче поддаются “оживлению”, потому что помнят о жизни и движении, а вот камень, сталь и дерево куда лучше управляются, потому что не знают свободы воли, – умно сказал Торрен. – Да что ты на него так смотришь, нормальный листочек!
– А что ты им вытирал? – с подозрением уточнила Мист.
– Ничего, – буркнул Торрен и добавил. – Семечки я в нем носил. Эй, малой, семечек хочешь?
Илм, не рискуя привлекать к себе внимание, сейчас сидел тихо, как мышка, с восторгом наблюдая за разборками двух “магов”, но на предложение с готовностью кивнул. Мало ли, семечки тоже волшебные? Эльфийские например.
– На, – Торрен отсыпал в его протянутые ладони золотистых поджаренных семян из кармана, пока Мист, поминутно хмурясь, сличала перевод с оригинальным текстом.
– Итак, – сказала она чуть позже, поднимая глаза от записей. Напротив обнаружилась пара увлеченных лиц, щелкающих семечки и наблюдающих за ней с самым благоговейным видом. – Одного, как минимум, нам придется разобрать, раз предполагаемый управляющий инструмент не функционирует полноценно.
– Предполагаемый? – нахмурился Торрен. – Вот же он, и он работал!
– А откуда мы знаем, изначальный ли он или тоже кто-то сделал? То-то и оно. Так что, нам нужна часть одного из этих болванов, все равно, какая. Это во-первых. Во-вторых, стыдно сказать, требуется кровушка, но сойдет любая, в том числе, со скотобойни, ну, или можно обойтись своей, нацедить немного и развести водой.
– Что за варварство? – хмыкнул Торрен, заглядывая в записи и пытаясь вспомнить, было ли что-то такое в самом деле, или это Мист экзотично шутит.
– Не варварство, а симпатический перенос, – отозвалась девушка, морща нос. – Ну, и мел еще, но уж мел-то есть, – она отвлеченно похлопала по карману куртки.
– Я могу спросить на кухне про кровь, – смело предложил Илм. – А сколько ее надо?
– Четверть стакана, – три раза сверившись с Книгой и переводом, сказала Мист. – Если ты добудешь кровь, мы с Тором попробуем справиться со стражем. Хотя я плохо себе представляю, как.
– Они деревянные, – напомнил Илм.– Только мы их факелами тыкали, а с них скатывается огонь.
– Вряд ли изобретатели в Ардоре были такими тупыми, что сделали стражей из легковоспламеняющегося материала, – потерла нос Мист, яростно рассуждая. – Но тут есть варианты. Либо у них все равно сохранена слабость к огню, либо им назначена противоположная слабость.
– И как это проверить? – осведомился Торрен.
– Опытным путем, не иначе, – вздохнула Мист. – Только завтра уже. Нам надо всем отдохнуть – хватит с меня на сегодня дурацких великанов, Ардоры и ее последствий.
Илм и Торрен обменялись явно разочарованными взглядами и так же дружно умоляюще посмотрели на Мист.
– Что? – Мист обвела их взглядом.– Нет! Нет-нет-нет, ни за что. Не сегодня. Завтра. Строго после завтрака. И не надо делать этих щенячьих глазок умоляющих: в конце концов, я домой приехала. Отжираться на маминых пирогах и спать!
– А мне казалось, мы искали причины отравления населения Колмена.
– Это было позже, – Мист захлопнула Книгу, с оттенком ужаса понимая, что эта проблема их еще только поджидает. – А изначальной целью был визит с целью отжирания пуза. Все. Вы, конечно, как хотите, а я спать пойду.
Сон, несомненно, казался ей более желательным мероприятием по сравнению с охотой на серых болванов: однако, стоило ей закрыть глаза, как она уже была готова поменять свое мнение.
– Опять? – спросила она у Мейли-из-Сполохов, который с насмешкой смотрел на нее от окна.
– Не нравится эта иллюзия? Могу придумать новую, – сказал он своим мелодичным эльфийским голосом с едва заметным акцентом, который проявлялся только в произношении отдельных букв.
– Спасибо, я предпочитаю реальность, – раздельно ответила Мист. – Эола Эйиладд!
Ее резко дернуло назад, но почему-то пространство сна не лопнуло, как обычно, под натиском этих слов – пароля, а растянулось, раздвинулось, искажаясь, и только потом истончилось, превращаясь в серый пепел. Мист с размаху упала на твердое, вздымая вокруг серые клубы, пахнущие затхлостью и временем, автоматически стала подниматься, но ее тут же отбросило снова, словно ударной волной.
