Один из них был до Килларана, остальные два – в тексте Мейли, и Мист, еще пару минут поагонизировав, стала их штудировать. Первый текст касался замены материалов и ингредиентов в алхимии, с указанием возможных результатов (в одном месте был весьма талантливо нарисован подохший от опытов маг). Второй текст был не менее трагичен: он был про медицину. Мист немного полистала туда и сюда, пытаясь понять, какое отношение это имеет к заменам чего бы то ни было, пока не обнаружила мелкую схему, на которой был изображен способ крепления протеза, а рядом – приращения заимствованной конечности. Тот факт, что нога была “не родная” как-то сам собой подразумевался в связи с тем, что она была от какого-то крупного копытного животного, вроде лошади.
– Так вот откуда сказки про козлоногих демонов, – прокомментировала Мист и занялась переводом обоих найденных статей, просто на всякий случай. Случаи бывают разные – а если такое говорит мертвый маг с гонором темного властелина, то лучше его послушать.
Однако встретить утро за книжкой в компании свежего холодного воздуха и ледяной воды для умывания Мист не удалось: в самый темный предрассветный час, когда небо даже еще не думало светлеть, в ее комнату с грохотом стал ломиться Торрен, крича, что все пропало, и особенно пропали гусята, и не встала бы любезная Мист, чтобы их искать. Вернее, звучало это, конечно, несколько иначе:
– Мист! Вставай уже, засоня, пока всех гусей и курей у нас прямо из-под носа не свистнули!
– У меня курей и так нет, – резонно ответила девушка, невозмутимо делая пометку на странице, чтобы вернуться к ней позже.
– Да, но у трактирщика есть. И гуси. И гусяточки, пушистые такие, были! Бедные гусятки, бедные их мамы!
– Тор, ты что от меня хочешь-то?
– Так вора ловить! Он гусят погрыз, остальных уволок.
Мист досадливо вздохнула, отложила Книгу и начала собираться под бессистемные выкрики за дверью. Впрочем, к тому моменту как она оделась и снова взяла Книгу, Тор затих, и дверь в ее комнату распахнулась настежь ровно в тот момент, когда она собиралась ее открыть. За ней обнаружился гордый своей работой, потрясающий отмычками Торрен.
– Дурак, – быстро сориентировалась Мист, тыча Торрену в лицо Книгой со всеми ее вложениями и приложениями в порядке срочных воспитательных мер. – А если бы я переодевалась?
– Да что я там не видел? – возмутился Торрен, потирая лоб. – Ну, вот, все мозги вытолкала из башки, как я теперь вора ловить буду?
– Руками, – отрезала Мист. – Веди давай, где те гусята. Пушистые. Кирдык тебе, если ты врешь, и они гладкошерстные. Гладкоперые.
– Злобная она, – пожаловался Торрен трактирному слуге, который замер посреди коридора с подносом, не решаясь миновать место разборок. – Зверь пушной, ценный, но психованный.
Гусята и вправду оказались пушистые – и дохлые. Пара стражников уныло охраняла задний двор, даже не пытаясь что-то новое выяснить о неведомом хулигане по оставленным следам, но свежая кровь в лице Торрена и Мист с энтузиазмом взялась за расследование преступлений серийного маньяка, убийцы птенчиков.
Как ни странно, на старательно ощипанной ради следствия шее одной из жертв остались вполне явственные отпечатки зубов. Птицу держал в руках менее брезгливый Торрен, а Мист изображала внимательное рассматривание, хоть и так, в общем-то, уже все, что могла, увидела.
– Не лиса, это точно. И вообще никакой из лесных хищников.
– Для кошки или собаки тоже не подходит. Передние зубы как у человека, четыре штуки, только клыки для человека длинноваты и островаты, и челюсть маленькая совсем, – рассудила Мист, пощупав собственные зубы для сравнения.
– Вампир? – предположил Торрен. – Ну, что ты смотришь? Что? Маленький такой вампир, которому еще расти и расти. Пока у птенчиков кровь пьет, тренируется.
– Да не пьет он кровь, – Мист почесала в затылке. – Вон, смотри сколько натекло! Этих он просто убил. Кому разодрал горло, кому шею сломал. Это так. Шалости. А вот остальных он жрать утащил. В норку.
– К еще более маленьким вампирятам, – продолжил цепляться за свое предположение Торрен. – Малышатам таким.
– Пушистеньким, – поддакнула Мист. – Кончай уже глумиться над трупом, ищи следы.
– Да нет тут ничего такого, – Торрен положил частично ощипанного гусенка к его дохлым собратьям и отряхнул руки. – Никаких животных или маленьких человечков тут не было.
– Надо обойти по кругу все, он же должен был сбежать как-то, – не согласилась Мист.
– Если он вампир, то летает, – торжествующе сказал Торрен, и пепла дымного мы тут найдем какие следы.
– А если он эльф? – пошутила Мист.
– Нет, не эльф, – рассудительно ответил Торрен. – Эльф бы людей грыз.
– Ну так это совсем маленький эльф. Эльфенок.
– Эльфенок, – почесал репу Торрен и внезапно взгляд его сконцентрировался и прояснился. – Эй, а тут что такое? – он вперился в землю взглядом и, покружив на месте, как гончая, почувствовавшая след, уверенно прошагал до забора, поводил носом, уцепился за край, подтянулся и лихо перемахнул на другую сторону.
