Берелейн остановилась, её глаза светились каким-то непонятным светом. Она выглядела напряжённой. «Она встревожена, – подумала Фэйли. – Чем-то очень сильно встревожена».
– Лорд Перрин не должен нападать на Белоплащников, – сказала Берелейн. – Прошу, ты должна помочь мне переубедить его.
– Он не собирается на них нападать, – сказала Фэйли. В этом она была уверена.
– Он выбрал место для идеальной засады, – сказала Берелейн. – Аша’маны используют Единую Силу, двуреченские лучники будут стрелять с высот прямо по лагерю Белоплащников. После этого кавалерия спустится вниз и сметёт остатки. – Она помедлила, выглядя при этом огорчённой. – Всё идеально продумано. Он сказал, что если они с Дамодредом оба переживут Последнюю Битву, то он примет наказание. Но Перрин собирается сделать так, что Белоплащники не доберутся до Последней Битвы. Таким образом, он сможет сдержать клятву, и при этом ему не придётся сдаваться.
Фэйли покачала головой.
– Он никогда так не поступит, Берелейн.
– Ты в этом уверена? – спросила Берелейн. – Абсолютно уверена?
Фэйли помедлила. В последнее время Перрин изменился. Большая часть изменений была в лучшую сторону, как, например, решение наконец-то принять роль лидера. И в засаде, о которой говорила Берелейн, будет некий безукоризненный, жестокий смысл.
Но также это будет неправильно. Очень-очень неправильно. Перрин бы так не поступил, не важно, как сильно он изменился. В этом Фэйли могла быть уверенной.
– Да, – сказала она. – Дать обещание Галаду, а затем перебить Белоплащников подобным способом – это идёт вразрез с сущностью Перрина. У него и в мыслях нет ничего такого. Подобного не случится.
– Надеюсь, ты права, – сказала Берелейн. – Я надеялась, что с их командующим удастся достичь какого-либо соглашения перед нашим отбытием…
Белоплащник. Свет! Она что, не могла подобрать себе кого-то из дворян в лагере? И того, кто не был женат?
– Ты не очень-то разборчива в выборе мужчин, верно, Берелейн? – Слова сами соскользнули с ее языка.
С распахнутыми от удивления или гнева глазами Берелейн повернулась к Фэйли.
– А что насчёт Перрина?
– Ужасная партия для тебя, – фыркнув, ответила Фэйли. – Ты доказала это только что рассуждениями о том, на что, по-твоему, он способен.
– Не важно, насколько он хорошая партия. Он был обещан мне.
– Кем?
– Лордом Драконом, – ответила Берелейн.
– Что?
– В Тирской Твердыне я пришла к Дракону Возрождённому, – сказала она. – Но он не согласился на меня – мои заигрывания его даже разозлили. Я поняла, что он, Дракон Возрождённый, намеревался жениться на более важной даме, быть может, на Илэйн Траканд. В этом есть смысл – он не может захватить все королевства силой; некоторые он должен получить путём союзов. Андор – очень могущественное королевство, правит им женщина, и с ним выгоднее заключить брачный союз.
– Перрин говорит, что Ранд рассуждает иначе, Берелейн, – сказала Фэйли. – Не столь расчётливо. Я тоже склоняюсь к этому мнению, судя по тому, что мне о нём известно.
– И то же самое ты говоришь о Перрине. Ты пытаешься заставить меня поверить, что они все такие простаки. Без мозгов в голове.
– Этого я не говорила.
– И, тем не менее, ты упорно настаиваешь на своём. Это утомительно. Так вот, я поняла, на что намекал лорд Дракон, потому перевела внимание на одного из его близких спутников. Возможно, он не «обещал» их мне. Я неверно выразилась. Но я знала, что он был бы доволен, если бы я заключила брачный союз с кем-то из его ближайших союзников или друзей. Более того, я подозреваю, что он хотел, чтобы я именно так и поступила – в конце концов, лорд Дракон на самом деле отправил нас с Перрином на это задание вместе. Однако он не мог выразить своё желание открыто, чтобы не обидеть Перрина.
Фэйли помедлила. С одной стороны, сказанное Берелейн было несусветной глупостью… но с другой, Фэйли понимала, как мыслила эта женщина. Или, возможно, выдавала желаемое за действительное. Для неё не было ничего аморального в том, чтобы разрушить чей-то брак. Это политика. И, по логике, Ранд, наверное, должен был хотеть привязать к себе государства через брачные узы с теми, кто был к нему особенно близок.
Но это не меняло факта того, что ни он, ни Перрин не решали подобным образом сердечные дела.
– Я отказалась от Перрина, – сказала Берелейн. – И сдержу обещание. Но я оказалась в непростой ситуации. Я давно пришла к мысли, что единственная надежда Майена на сохранение независимости в будущем — связать его с Драконом Возрождённым.
– Брак – это не только политические выгоды, – возразила Фэйли.
– И, тем не менее, эти выгоды столь очевидны, что их нельзя не замечать.
– А этот Белоплащник? – спросила Фэйли.
– Он сводный брат королевы Андора, – слегка покраснев, ответила Берелейн. – Если лорд Дракон действительно намеревается жениться на Илэйн Траканд, это свяжет нас с ним.
