— Значит, туда и вернешься. Увидимся завтра. Ты должен узнать формулу у кого-нибудь из своих товарищей. Я пробуду в Талабаре еще три дня, Джепинель. Если ты не достанешь то, что мне нужно, тебя сошлют на соляные разработки в Паркинур, и тогда не видать тебе Талабара до конца дней твоих.
Джепинель уже ушел, а Адрина все ругалась — до тех пор, пока не пришла Тамилан, чтобы помочь ей одеться к ужину.
Капитан Вэйн Локлон битый час торчал под дверями кабинета Лорда Защитника, пока наконец не появился Гарет Уорнер. Все это время Локлон раз за разом повторял то, что собирался сказать в этом кабинете. Все доводы казались разумными и логичными, и он уже не сомневался в успехе — и тут, на тебе, пришел комендант.
Он мельком глянул на Локлона и, распахнув дверь, вошел в кабинет. Выражение его лица было деланно приветливым. Локлон глубоко вздохнул и последовал за Уорнером. Несмотря на то, что Лорд Защитник был ниже коменданта по чину, Локлон предпочел бы побеседовать именно с ним. Дженга был проще и доступнее, чем загадочный шеф службы разведки защитников.
— Я вижу, вы уже здоровы, — заметил Гарет, когда Локлон закрыл за собой дверь.
Комендант зажег светильник на столе Лорда Защитника и, прежде чем сесть в обитое кожей кресло за массивным столом, некоторое время рассматривал молодого человека.
— Да, нынче утром меня отпустили из лазарета, — ответил Локлон. Гарет кивнул.
— И вы готовы вернуться к выполнению своих обязанностей?
— Да, сэр.
— Хорошо. Доложите коменданту Аркину. Он найдет для вас какое-нибудь полезное занятие. Сержант Джокан получил приказ поселить вас в офицерских казармах, если, конечно, вы не захотите подыскать себе отдельную квартиру.
— У меня есть жилье недалеко от главных ворот, сэр. И я хотел бы туда вернуться.
— Как вам угодно. Что-нибудь еще? Локлон судорожно сглотнул.
— Честно говоря, я думал, что могу рассчитывать на новое назначение, сэр.
Гарет с любопытством посмотрел на него.
— Просите, капитан, но я не обещаю, что ваша просьба будет удовлетворена.
— Я хотел бы принять участие в розыске Тарджи Тенрагана. Гарет Уорнер усмехнулся.
— И это все?
— Да, сэр.
— Мне не хотелось бы вас огорчать, капитан, но никто его не разыскивает. Верховная сестра простила его.
Локлон не поверил своим ушам. Простила? Он несколько месяцев валялся в лазарете, еле-еле оправился от ран, нанесенных Р'шейл и этим самым Тарджей, а Верховная сестра, оказывается, простила своего заблудшего сына. Что же заставило ее это сделать?
— Вы не ослышались, капитан. Тарджа прощен и восстановлен в звании защитника.
— Но после того, что он сделал…
— Все забыто! Еще вопросы есть?
— Сэр, я поверить не могу, что Верховная сестра вот так вот взяла и простила его. А как же защитники, которых он убил? Языческий мятеж, который он возглавил? А его дезертирство? И, наконец, его сестра?
— Р'шейл? Она тоже получила прощение Верховной сестры.
— Я не верю.
— Хотите — верьте, капитан, хотите — нет. Но их простили — это факт. Я, конечно, понимаю, что вы огорчены таким поворотом событий, но мы с вами ничего не можем поделать.
Однако Локлон не унимался.
— Сэр, я знаю, что имею право выдвинуть обвинения. После того, что они со мной сделали…
— Ах да, я читал ваш рапорт. Вы полагаете, что Р'шейл использовала против вас языческую магию.
— Я не полагаю, сэр. Я знаю. Вот что она сделала со мной! Локлон отогнул край высокого воротника красного мундира, который носили все защитники, и продемонстрировал страшный розовый рубец на горле. Впечатление дополнял еще один шрам, который тянулся от края левого глаза ко рту. Деформированный нос завершал картину этого обезображенного, но все-таки не утратившего привлекательность лица.
— М-да, довольно занятная коллекция шрамов, — промолвил Гарет. — Но разве это доказывает, что Р'шейл язычница?
— Я видел ее колдовство собственными глазами, сэр, — упорствовал Локлон. «Мне ставят палки в колеса, — подумал он. — Сейчас! Именно сейчас, когда я наконец-то готов отомстить».
— А что вы делали в тот момент, когда Р'шейл воспользовалась своими магическими способностями, капитан? В вашем рапорте об этом сказано как-то невнятно.
Локлон смешался. В сознании его возник образ обнаженной Р'шейл: молочно-белая грудь, озаренная светом молнии, черные блестящие глаза, в которых таилась запретная языческая сила. Он все еще помнил вкус ее губ и капли дождя на коже. Он все еще чувствовал холод клинка, которым она полоснула его по горлу. Ненависть вскипела в его жилах.
— Она пыталась сбежать, сэр.
— И, как я понял, ей это удалось, — сделал заключение Гарет. — Этот эпизод — позорное пятно в вашей карьере, капитан. Мне кажется, что у вас нет оснований для оправдания.
— Она опасна, сэр. Так же как Тарджа. Они оба должны быть наказаны.
Гарет покачал головой.
— К сожалению, Верховная сестра не согласна с вами. Доложите коменданту Аркину о своем возвращении в строй, и будем считать это дело закрытым.
— А могу я спросить, где они сейчас? — поинтересовался Локлон, изо всех сил стараясь говорить спокойно.