— Как ты верно заметила, моя умница, у женщины, которую я пошлю к кариенцам, должна быть голова на плечах. Они сейчас очень обижены. Единственный способ загладить вину — предложить им лучшую жемчужину из моей короны: мою старшую законнорожденную дочь.
— Вы не посмеете!
— Посмею! Уже посмел. — Габлет зло усмехнулся. — Я предложил кариенцам новую невесту, и они согласились. К счастью, Кратин видел тебя только раз и не говорил с фардоннцами. Поэтому я надеюсь, что твоя репутация не нарушит договоренности. Вину за инцидент с причалом я возложу на Тристана. — Он хихикнул. — Похоже, они думают, что сначала я предлагал им старшую дочь. Это может оказаться получше, чем мой первоначальный план.
— Вы не можете так обойтись со мной!
— Спорим?
— Я не выйду за него!
— Выйдешь, как миленькая! Ты станешь женой кариенского кронпринца, и пусть он будет счастлив, как свинья в грязной луже.
— Я отказываюсь!
— Как хочешь, — сказал отец, и голос его стал подозрительно невозмутимым. — В таком случае мне придется удержать стоимость твоей шалости из твоего же содержания. И я обязательно позабочусь о том, чтобы твоего братца понизили в звании до рядового пехотинца и перевели на восточные рубежи, где он вскоре погибнет в стычке с бандитами в Восточных горах. Впрочем, если ты согласишься выйти замуж за Кратина, я мог бы приписать его к полку, который отправлю с тобой на север к королю Ясноффу. И до тех пор, пока я не приду в себя, пусть не мельтешит у меня перед носом.
— Но это шантаж!
Габлет блаженно вздохнул.
— Конечно!
— Папенька… — взмолилась Адрина, все еще надеясь смягчить сердце.
Габлет был негодяем, но он любил своих детей — каждого из тридцати семи. И законные дочери, и сыновья, рожденные фаворитками, были ему одинаково дороги.
— Вы же не хотите отправить меня…
— Я не могу держать тебя при себе, — оборвал ее Габлет. — Если бы я не любил тебя больше жизни, то давно отлупил бы хлыстом.
— Лучше отлупите, но не выдавайте за этого набожного идиота! — Внутри у Адрины все клокотало, но она пересилила себя и умильно улыбнулась отцу: — Простите меня, папенька. Обещаю никогда больше…
— Обещаешь? Ха! — фыркнул Габлет. — Сколько раз ты обещала мне, что выйдешь замуж? А сама отказываешь каждому, кого я подыщу!
— А чего ж вы хотели? Вы предлагаете мне то придурковатых подростков, то лысых старикашек!
— Это отговорки! — возразил отец и тяжело вздохнул. Где же он ошибся? — Разве я не шел у тебя на поводу, Адрина? Разве не потакал каждому твоему капризу?
— Да, но…
— Все, хватит, никаких «но», — отрезал Габлет. — На сей раз ты зашла слишком далеко. И можешь искупить свою вину только в том случае, если сделаешь то, что я хочу. А я хочу, чтобы ты вышла замуж за принца Кариена.
— Но он же совсем ребенок…
— Ему двадцать три года, — возразил Габлет. — А в двадцать семь ты станешь старой девой! Так что скажи спасибо своей симпатичной мордашке, иначе я бы даже не надеялся пристроить тебя замуж.
— Папенька!
— Уймись, Адрина. Со мной твои штучки не пройдут. Тебе придется выйти замуж за принца Кариена, и это мое последнее слово! Они уедут через несколько дней, так что иди-ка ты собирай вещи.
Если игра на родственных чувствах не возымела действия, оставалось воззвать к отцу как к государственному деятелю.
— Я не могу согласиться на брак. Это слишком опасно.
— Что за чепуха! Почему?
— А вдруг я рожу сына? Тогда кариенцы потребуют, чтобы вы назвали его своим наследником.
— Ерунда! У меня много сыновей. И мне совершенно не нужен твой выродок.
— Они внебрачные, отец.
— Ну, так я официально признаю одного из них!
— Кого же?
— Того, кого выберу! — рявкнул Габлет. — Все, хватит препираться! Ты выйдешь замуж за Кратина. Я сказал!
Адрина хмуро посмотрела на отца.
— Клянусь, я все равно откручусь от свадьбы. Я не собираюсь всю жизнь пресмыкаться перед этим противным кариенским червяком.
— Ничего, стерпится — слюбится. А сейчас иди и собирай свое приданое!
Адрина повернулась на каблуках и, кипя от гнева, выскочила из кабинета. Выйдя в приемную, она увидела Лектера Турона, и вдруг ее осенило: так вот кто вбил отцу в голову эту абсурдную идею о свадьбе с принцем Кариена. «Клянусь, эта жаба мне за все заплатит!»
Ну а что касается юного кариенского принца, то он долго будет вспоминать тот день, когда ступил на землю Фардоннии.
— Как восприняла новость принцесса? — осторожно спросил Лектер, проскользнув в дверь.
Габлет глянул на евнуха.
— Естественно, в штыки. Она страшно рассердилась.
— Рано или поздно она смирится.
— Вряд ли, — проворчал король и, вскочив с кресла, подошел к окну.
Густой сад пламенел осенними красками. Издалека доносились крики детей, игравших у фонтана в центральном дворе. Услышав их, Габлет оттаял. Что происходит? Почему собственные дети нравились ему только маленькими? Взрослея, они учились интриговать, становились алчными. А сколько с ними проблем! Сплошная головная боль. То ли дело малыши — ах, это истинная радость в жизни. Король обожал Адрину, когда ей было десять. А сейчас… сейчас почти боялся ее.