Башня Зеленого Ангела. Том 2 полностью

– Я пытался, клянусь Деревом, пытался изо всех сил! Однако Моргенес не был глупцом. Он понимал, что я попал в ужасное положение, и в прежние времена мы оба знали Красного священника. Моргенес накормил меня и дал крышу над головой, но продолжал подозревать. Он позаботился о том, чтобы я не смог найти ничего полезного для Прайрата в его покоях или узнать из разговоров, которые он при мне вел. – Кадрах покачал головой. – В результате мое появление лишь сказало Моргенесу, что у него осталось меньше времени, чем он рассчитывал.

– Значит, ты потерпел неудачу? – Мириамель не понимала, к чему Кадрах вел, но почувствовала, как ее охватывает глубокий ужас.

– Да. И мне было очень страшно. Когда я вернулся в Башню Хьелдина, Прайрат рассердился, но не стал меня убивать и, несмотря на мои опасения, не сделал ничего хуже. Он стал задавать мне новые вопросы о «Дю Сварденвирде». Я думаю, что к тому моменту его уже коснулся Король Бурь, и Прайрат пытался с ним договориться. – Во взгляде Кадраха появилось презрение. – Можно подумать, будто смертный мог заключить с ним выгодную для себя сделку. Я сомневаюсь, что Прайрат понял, что вошло в дверь, которую он открыл.

– Мы поговорим о том, что совершил Прайрат, позднее, – вмешался Бинабик. – Сейчас расскажи нам о том, что сделал ты.

Кадрах посмотрел на него.

– Это все связано между собой, – ответил монах. – Прайрат задавал мне множество вопросов, но тому, кто читал «Дю Сварденвирд» и хорошо знал книгу Ниссеса – меня по сей день преследуют слова из нее, – было совсем не трудно понять, что его интересовало. Каким-то образом он связался с Королем Бурь, и теперь ему не терпелось узнать как можно больше о Трех Великих мечах.

– Значит, Прайрату о них известно. – Голос Мириамель дрогнул. – Полагаю, именно он забрал Сияющий Коготь из могилы моего деда.

Кадрах поднял руку.

– Прайрат жестоко наказал меня после того, как я потерпел неудачу с Моргенесом. А потом заставил составить письмо старому Ярнауге на север, приказав расспросить о Короле Бурь. Я подозреваю, что алхимик искал способ защитить себя от нового и очень опасного друга. Пока я писал, он внимательно за мной наблюдал, а потом сам отправил мое послание с воробьем, которого украл у Моргенеса. И снова меня отпустил. Он не сомневался, что я не убегу, – ведь ему удавалось всякий раз меня находить.

– Однако ты сбежал, – сказала Мириамель. – Ты так мне говорил.

Кадрах кивнул.

– Позже, но не тогда. Я слишком боялся. В то же самое время я не сомневался, что Ярнауга не ответит. Риммер и Моргенес общались более тесно, чем предполагал Прайрат, и доктор наверняка написал Ярнауге о моем неожиданном визите. В любом случае Ярнауга в течение многих лет жил в тени Стормспайка и не стал бы делиться своими знаниями с теми, до кого могли дотянуться длинные руки Инелуки. Обман, на который меня толкнул Прайрат, ничего бы ему не дал, и я понимал, что, когда Красный священник об этом узнает, я перестану представлять для него интерес. Я был ему полезен как человек, читавший книгу Ниссеса, и бывший член Ордена Манускрипта. Но я ответил на все его вопросы о книге и понимал: как только ему станет известно, что другие члены Ордена перестали мне доверять годы назад… – Он смолк, охваченный сильными эмоциями.

– Продолжай, – мягче, чем прежде, попросила его Мириамель.

Не вызывало сомнений, что Кадрах искренне переживал из-за совершенных им предательств.

– Меня охватил ужас. Я понимал, что пройдет совсем немного времени, и Прайрат получит ответ Ярнауги, который его не устроит. Мне невероятно хотелось сбежать, но я не сомневался, что Прайрат сразу узнает, что я покинул Эрчестер, и с помощью Искусства установит, куда я направился. В высоких покоях своей башни он меня пометил особым знаком и мог найти где угодно. – Кадрах замолчал, стараясь вернуть самообладание. – И вот я думал, думал – но, к своему стыду, мне не удалось найти путь к спасению или возможность помешать Прайрату. В состоянии страха и постоянного опьянения я думал лишь о том, чтобы угодить своему ужасному господину и убедить его сохранить мою жалкую жизнь. – Кадрах задрожал не в силах продолжать.

– Я много думал над его вопросами, – снова заговорил монах. – В особенности о Трех Великих мечах. У меня не вызывало сомнений, что они обладают поразительной силой, а также имеют какое-то особое значение для Короля Бурь. Единственное, чего не знал никто, кроме меня – это то, что Миннеяр, один из Трех мечей, является Сияющим Когтем, тем самым, который похоронили вместе с королем Джоном.

– Ты знал? – Мириамель поразили его слова.