Он наполовину выполз, наполовину свалился из окна на лестницу, и жуткое давление внезапно исчезло. Саймон лежал на холодных камнях, его отчаянно трясло, каждый вдох давался с огромным трудом. Голова болела, а особенно шрам от крови дракона. Желудок, казалось, пытался добраться до горла.
Внезапно башня содрогнулась, зазвонил чудовищный колокол, и у Саймона задрожали все кости – ничего подобного он прежде не слышал, и несколько долгих мгновений мир оставался перевернутым.
Дрожа, Саймон сжался на ступенях лестницы.
Холод слегка отступил, и кровь в его теле начала циркулировать нормально. Болела не только щека. Саймон провел пальцами по лбу. Над правым глазом уже начала расти шишка, и стоило ему к ней прикоснуться, как он застонал от острой боли. Саймон решил, что ударился обо что-то, когда упал на ступеньки.
Сияющий Коготь!
В панике он потянулся к поясу и обнаружил, что не потерял меч: он был надежно прикреплен к ремню. В какой-то момент он порезал о лезвие предплечье – там остались две полоски засохшей крови, – но не слишком сильно. Главное, клинок остался у него!
И меч продолжал тихо для него петь. Саймон скорее чувствовал его, чем слышал, чарующее ощущение, заставлявшее забыть о боли во всем теле. Меч хотел подняться наверх.
Саймон приподнялся и пополз по ступенькам наверх, потом оперся спиной о гладкую стену и принялся растирать мышцы. Убедившись, что все они в относительном порядке, он поднялся на ноги. Мир тут же снова начал вращаться, однако Саймон прижал руки к изящной резьбе, покрывавшей камень, и через несколько мгновений вращение прекратилось.
Он немного постоял, прислушиваясь к стонам ветра снаружи и далекому грохоту сражения. Но тут неожиданно возник новый, более громкий звук. Кто-то поднимался по лестнице.
Саймон беспомощно огляделся по сторонам. Спрятаться было негде. Он вытащил Сияющий Коготь и почувствовал, как меч пульсирует в руке, наполняя его пьянящим теплом, подобным глотку охотничьего вина троллей. На миг он собрался смело выступить вперед, чтобы встретить того, кто поднимался по лестнице, но тут же понял, что это будет глупостью. Кто угодно мог подниматься по лестнице – солдаты, норны, король или даже Прайрат. А ему следовало думать о жизни других людей, о Великом мече, который требовалось доставить к месту последнего сражения; он не мог игнорировать свои обязательства. Саймон повернулся и легко зашагал по ступеням наверх, держа Сияющий Коготь перед собой, чтобы клинок не задел что-то и не зазвенел. Кто-то уже побывал сегодня на лестнице: факелы горели на стенах, наполняя темное пространство между окнами желтым светом.
Ступени уходили вверх, и через два десятка шагов Саймон оказался перед толстой деревянной дверью во внутренней стене. Он почувствовал облегчение, решив, что сможет спрятаться в комнате, и если будет соблюдать осторожность, то увидит в глазок, кто поднимается по лестнице. В общем, он очень вовремя обнаружил эту дверь. Несмотря на то что он спешил, шаги у него за спиной не стихали, а когда Саймон взялся за дверную ручку, стали довольно громкими.
Дверь распахнулась внутрь. Саймон заглянул в темноту и шагнул через порог, но пол у него под ногами просел, когда он повернулся, чтобы закрыть дверь. Саймон сделал шаг вперед, чтобы она его не ударила, и не почувствовал пола под ногой.
Он застонал от ужаса и схватился за внутреннюю ручку. Дверь распахнулась в комнату, и он попытался нащупать ногой опору, чувствуя, что ладонь стала мокрой от пота. Свет факела, попадавший внутрь, позволял увидеть пол лишь на локоть от двери – дальше он превращался в сгнившие щепки. И темноту.
Саймон с трудом восстановил равновесие, нащупав ногой остатки пола возле двери, когда раздался второй удар ужасного колокола. На мгновение мир вокруг и комната с исчезнувшим полом наполнились светом и ослепительным огнем. Сияющий Коготь – драгоценный меч, надежда всего мира – исчез в тенях.
