Мы побежали вверх по ступенькам, потому что лифт не особо жаловали. Там странно пахнет. Да и что такое три этажа? Пара пустяков. Для нас, я имею в виду. Для старого господина Мальштедта из квартиры напротив это всё равно что восхождение на Эверест. Господин Мальштедт останавливается через каждые две ступеньки, выпускает пар изо всех дыр, шаркает ногами, и только потом идет дальше. Катинка восхищается господином Мальштедтом, потому что тот не сдается. У него железная воля. Кроме того, господин Мальштедт всегда приветлив и улыбается нам при встрече. Хотя уже и стоит одной ногой в могиле.
Мама на кухне резала лук, поэтому у нее в глазах стояли слезы. В остальном она выглядела вполне себе счастливой.
– Ну, как прошел первый день? – спросила она.
Мы ответили, что хорошо. Рассказали о ледяной воде, продавце из киоска с картошкой фри и песне, которую Катинка спела в честь его дня рождения. О том, как она танцевала на крыше автомобиля мы, разумеется, умолчали.
– Как твои успехи? – спросила мама Робби.
Тот пожал плечами.
Она не спрашивала, хорошо ли мы заботились о Робби, потому что знала: в этом на нас можно положиться.
– Сейчас будет готово. – Мама высыпала лук на сковородку. – Накрывайте на стол. Скоро придет папа.
Как всегда, папа первым делом прошел в ванную, чтобы помыться. После заглянул на кухню, поцеловать маму. Сначала маму, потом нас.
– Боже, что за день, – простонал папа. – Представляете, один тип отказался платить. Он, видите ли, найдет деньгам лучшее применение.
– И что ты сделал? – спросил я.
– Схватил его за воротник и встряхнул хорошенько. Это сработало.
Я посмотрел на папу. Он силен, как гризли. Если медведь гризли схватит кого-то за воротник, вытрясет что угодно.
– Ну, что у вас вкусненького? – спросил папа.
– Спагетти с томатным соусом.
– Здорово! – воскликнули мы хором, хотя спагетти с томатным соусом были у нас часто.
– С домашним соусом, – добавила мама.
– Здорово! – повторили мы.
Но сначала нужно было съесть салат. Много салата, потому что он полезен для здоровья.
Папа тоже поинтересовался, как прошел первый день в открытом бассейне. Потом мама рассказала о коллеге Марии, которая вынуждена работать, хотя у нее болит спина. И о начальнике, от которого даже «спасибо» не дождешься. И о чистящем средстве с ужасным запахом.
После ужина все вместе смотрели фильм «Минуш», – о женщине, которая раньше была кошкой. Мама видела его еще девочкой и до сих пор любила пересматривать.
Ну а потом все легли спать, потому что устали после долгого дня. Завтра – школа.
Когда мама выключила свет, мне вспомнилась десятиметровая вышка для прыжков в воду. И девочка, ослепившая меня, как солнце.
На следующий день небо было серое, затянутое тучами. И дул холодный ветер. Но это ничего не значило, ведь нам хотелось плавать.
На этот раз мы выбрали путь вдоль реки, где не рисковали наткнуться ни на бары, ни на вкусности, которые мог бы начать клянчить Робби. Я подумал, что так нам и предстоит ходить всё лето. Вдоль реки, туда и обратно.
На кассе сидела не та женщина, что вчера, поэтому сцена с бесплатным абонементом повторилась. И снова они звонили директору. А потом появился тот тип с животом, который как будто проглотил мяч. Морж.
Он не сказал ни «привет», ни «доброе утро» – ничего такого, махнул нам рукой и испарился, потому что, как видно, был не в духе. И с ним нам тоже придется иметь дело всё лето. Такие вот дела.
Мы бросили одеяло на траву и направились к отсеку для не умеющих плавать. Робби побежал первым, следом Катинка. Я немного помедлил и пошел за ними. Мы успели освоиться в ледяной воде и теперь только смеялись, когда она обжигала кожу.
Деньги, которые у нас были, мы решили потратить на кислые фруктовые рулетики и колу. Мужчина в киоске улыбался. Он был рад видеть нас снова.
Я направился к вышке. День выдался подходящий, потому что из-за плохой погоды там никого не было. В обычный, солнечный день на десятиметровой вышке толпится человек тридцать как минимум. В основном мальчики, и взрослые тоже. Девочки предпочитают стоять внизу и смотреть.
Я никогда не бывал даже на пятиметровой вышке. Только один раз прыгнул с трехметровки в крытом бассейне. Выше подняться так и не решился. Но и трехметровка – это не мало. Я простоял наверху десять минут, мальчишки внизу смеялись. Потом я наконец прыгнул. А когда вынырнул, захлебывался, как Робби, потому что наглотался воды. Все это видели.
Но это были малыши, что хотя бы не так обидно.
Я решил начать с трехметровки, но уже на подъеме понял, что здесь всё не так, как в крытом бассейне. Я замерз на холодном ветру. Наверху над головой, вместо крыши, раскинулось бескрайнее небо с темными тучами.
Осторожно приблизившись к краю площадки, я посмотрел вниз. Сверху небо, внизу – бездонная пропасть. Мне стало плохо, и тогда я спустился на метр, вцепившись в перила. Сразу полегчало.
Катинка и Робби стояли у края бассейна. Она помахала мне – не то от скуки, а может, и в самом деле хотела подбодрить. Робби же смотрел мимо меня, на тучи.
