Синтия улыбнулась. Родни – её приятель. Учился в той же школе, что и она, на два года старше её. Считался самым симпатичным парнем в альма матер, правда, со странностями. Любит пауков, чердаки, уединение, изрекает необычные шутки и высказывания, нестандартно мыслит. Чудик тот ещё! Прекрасные школьницы, готовые по первому впечатлению броситься ему на шею, бежали прочь со всех ног опрометью, чуть ли не визжа, едва узнавали его получше. Со временем Родни Дамор приобрёл репутацию шизанутого, у которого не всё дома. Синтии он нравился как друг, и они какое-то время плотно общались, пока Синтии не стукнуло пятнадцать. Тогда семнадцатилетний Родни стал проявлять к ней слишком рьяно любовные чувства и чуть ли не звал замуж, говорил, что готов подождать, пока Синти станет совершеннолетней. Синти не была готова к такому повороту, остудила его пыл, отказала, но предложила остаться друзьями.
Они продолжили дружить, но стали общаться реже. Родни на несколько месяцев куда-то уезжал. Они переписывались по смс, по Сети, иногда созванивались. Последнее время Синти всё чаще думала о нём, и уже немного в глубине души начала жалеть, что отказала ему тогда. Параллельно встречалась с Марком, присматривалась к нему.
– Здравствуй, Родни. Какое совпадение, что ты позвонил! Думала о тебе.
– Совпадений не бывает. Это связь между нами. Это я внушил тебе мысли о себе на расстоянии, ибо я совсем рядом, – прошептал Родни.
– Что? Рядом? Как это? Ты что, вернулся в Карриден? – воскликнула удивлённая девушка.
– Да, я снова здесь, – подтвердил Родни. – Я подумал о том, что давно тебе не звонил. И решил компенсировать нашу разлуку. Встретимся сегодня?
– Ох, – выдохнула Синтия. – Сегодня? А почему бы и нет? Только на моих условиях: я предлагаю место для свидания, обстановку и то, чем мы будем заниматься!
– Я слушаюсь и повинуюсь, я твой покорный раб. Это будет кладбище?
Синти прыснула в кулачок.
– Почти угадал! Я предлагаю встретиться на вилле Рискони. Сегодня, скажем, часиков в шесть вечера. Перед закатом. Кстати…
Девушка мигом придумала. Почему бы не столкнуть двух её парней, а-ля "бывшего" Родни и текущего – Марка, друг с другом? Посмотреть их в контрасте, сравнить? Тем более, если она пойдёт туда с двумя ухажёрами, они при случае смогут её защитить, ежели что!
– Да, я внимательно слушаю тебя, – с придыханием ожидал Родни.
– Почему бы нам не устроить фотосессию? У моего знакомого Марка есть классный поляроид, последней модели!
– Экстремальная фотосессия – это, должно быть, очень сексуально, – ответил Родни. И добавил со страстью: – Я готов. Заеду за тобой на мотороллере в половину шестого. Надеюсь, у твоего знакомого тоже есть мотороллер.
Ответил совсем не то, что, ожидала Синтия! Вовсе не было там в голосе Родни ревнивой нотки и возмущённых возгласов "Что за Марк?!". Синти поняла, в какую тонкую игру двойного флирта с двумя чудиками она ввязалась.
***
Несмотря на царящее ещё высоко июльское солнышко и отсутствие тусовочной праздничной обстановки вокруг, Марк выпивал уже второй стаканчик виски подряд. Он рассказывал бармену:
– Сейчас допью, и снова пойду пытать счастья. Деньги нужны, ух, нужны! Фортуна улыбнётся мне, я знаю! Вчера я проиграл пари своей девушке, и чтоб выиграть, она немного пострадала. Сегодня я должен реабилитироваться перед ней, сводить её в какое-нибудь место. Вот на что нужны деньги!
Бармен, невозмутимый усатый пожилой человек, вежливо кивал. Ведь Марк за виски-то как раз расплатился, остальное короля бутылок и рюмок не волновало. Внезапно в бар зашёл хозяйской властной поступью седой плотный мужчина. Хебб увидел его краем глаза и мигом протрезвел. Юноше больше всего на свете захотелось спрятаться, исчезнуть, стать невидимым! Бармен лишь сочувственно кинул на него взгляд, и ушёл в сторону кухни.
Хебб не смог стать невидимым. Господин Джад уже увидел его. Следом за Джадом верной тенью следовал его личный телохранитель, громадный квадратный мужчина. Он носил прозвище Генералиссимус. И тоже увидел Хебба. Необычайно быстро передвигаясь для своих габаритов, Генералиссимус оказался возле барной стойки, встав так, что отрезал Марку все пути отступления. Джад спокойным жёстким взглядом посмотрел в глаза Хеббу, как акула – на зазевавшегося водолаза:
– Прохлаждаешься, малыш? Где мои деньги?
– Я… я… п-п-принесу, я же сказал, что принесу, я помню, что должен вам ещё, – запинаясь, пробормотал Марк. Губы его задрожали, в горле пересохло.