Несмотря на дикий и почти девственный лес вокруг, Синтии не было страшно. С тех пор, как Родни пришёл за ней, она доверилась потоку жизни. Вошла в хижину. Там всё по-прежнему, как она помнила год назад, когда Родни привёз её сюда впервые. Девушка зажгла огарок свечи при входе и слегка погрела от неё озябшие руки. Она почувствовала себя дома здесь, настоящей хозяйкой. Только она и Родни, и весь мир принадлежит им. Очаг она зажигать не стала, предпочла дождаться парня. Она знала, что в хижине, маленькой снаружи, есть где-то потайной проход вниз, в весьма вместительные катакомбы, но не знала, как туда проникнуть.
Родни вернулся минут через десять. На улице усилился дождь. Зайдя в хижину, он плотно закрыл дверь изнутри на засов. Синти подумала, что он сделал это, чтобы вода с улицы не натекла. В следующий миг он приблизился и крепко обнял её.
– Иди ко мне, Синти. Я так соскучился! Я не чувствовал тебя целую вечность – целые десять минут!
Его руки нежно гладили её по спине. Девушка в блаженстве прикрыла глаза.
– Мы теперь будем всегда вместе. Как здорово, что ты привёз меня сюда, – прошептала она.
– Пойдём, Синти. Давай представим, что в этом мире все умерли, кроме нас, – прошептал он, слегка отстранил её и, взяв за руку, повёл вглубь хижины.
Рядом с очагом, у дальней стены, было углубление. Родни просунул туда руку, активируя механизм. Тяжёлая плита с другой стороны очага отогнулась, обнажая лаз, примерно метр на семьдесят. Лаз и плита сделаны таким образом, что со стороны сложно заподозрить, что это не просто пол. Парень вместе с Синтией залезли в этот лаз и стали спускаться по вертикальной, ведущей вдоль стены лестницы, на глубину примерно метров пятнадцати-двадцати. Спускаясь, Дамор в одном, знакомом только ему месте рядом с лестницей нащупал кнопку, нажал, и люк сверху замкнулся. Здесь под землёй всегда стоит прохладный воздух из-за циркулирования естественной природной вентиляции по ближайшим пещерам. Плита сверху обеспечивала полную звукоизоляцию этому подземелью.
Они оказались на дне катакомб. Катакомбы частично естественного, частично искусственного происхождения. Родни ещё раз крепко обнял Синтию и спросил шёпотом:
– Ты не боишься?
– С тобой я ничего не боюсь, – прошептала она в ответ, уткнувшись уютно в его грудь лицом.
Парень нежно поднял её голову за подбородок, и их губы соприкоснулись в долгом поцелуе. Продолжая целовать девушку, он приподнял её на руки и унёс в самую дальнюю часть катакомб, через серию небольших пещерок и комнатушек. Здесь он знал их расположение как свои пять пальцев и спокойно мог тут ходить с завязанными глазами. Он принёс Синтию в то место, где у него уже всё было готово. Комната погружена во мрак, и Синти этих приготовлений пока что не видела. Дамор увлёк девушку за собой, садясь с ней на что-то очень мягкое, покрытое мехом и шкурами.
– О, я люблю тебя! – стоном блаженства вырвалось у Синтии между поцелуями.
– Скажи, что принадлежишь мне полностью, вся, без остатка. И твоя душа – тоже моя! – повелел Родни.
– Я вся твоя… Моя душа – твоя…
– О да, да, Синти! Ты вся моя, и я буду творить с тобой всё, что хочу – вечно!
Он незаметно для неё выпростал одну руку и стал шарить в темноте по лежанке, ища необходимый ему предмет. Через несколько мгновений ловкие расчётливые пальцы сомкнулись на чём-то тяжёлом, металлическом, длинном, и Родни стал это подтягивать поближе к дрожащей в его объятиях Синтии.
***
Пит посмотрел на меня и на Рикардо:
– Значит, всё в порядке. Она в безопасности.
– Да? – скептически хмыкнула я. – А я так не думаю. Она была бы в безопасности, если бы Родни Дамор стоял с ней вот здесь, где я стою, и дожидался бы офицеров полиции, чтобы дать показания и передать им Синтию. Синтия ведь была похищена мафией и проходит свидетелем по важном делу.
– Она могла быть очень напугана, и Родни увёз её отсюда, чтобы успокоить. Наверняка они уже на пути в Карриден, – заметил Пит. – Он ведь её ухажёр, он о ней позаботится.
Однако последнюю фразу он проговорил не уверенно. Я озвучила:
– Мне не нравится Родни Дамор.
– Мне тоже не нравится этот парень, – подал голос Кэпчук.
– Ну разумеется, как он может тебе нравиться, Сорвиголова, он не в твоём вкусе! Да и было бы подозрительно, если Рикардо сказал, что наоборот Дамор ему нравится, – хохотнул Пит, попытавшись привлечь юмор.
– Неудачная шутка, Ривел. Хотя бы поразмысли над теми тремя трупами, убитыми ударом с размаху кочергой в черепушку. Так разбивать горшки может только настоящий зверь со стажем. Клот, пойдём на пару слов, – Кэпчук взял меня за плечо и отвёл в сторонку, под навес, где дождик не так подтекал.
Я с любопытством уставилась на коллегу. Грифон понизил голос:
– Ты выгружала досье на Раймонда Дамора несколько дней назад и оставляла в переговорке. Я всё рассмотрел и прошерстил по своим каналам. В частности, меня интересовало, чем занимался Раймонд во время своего заграничного турне.