– Ну так, о чём пари?
– О том, что сегодня ты будешь ночевать у меня.
Настало время делать долгую неудобную паузу у Синтии. Она заявила:
– Ни за что!
Она ни разу не была дома у Марка и даже толком не знала, где тот живёт. И предполагала, что дома у него либо жуткий бедлам, и сам дом – вонючая холупа, либо там находятся какие-то его стрёмные родственники. Да и кроме того – прямо сегодня она совсем не готова к таким близким отношениям! Тем более с Марком. И тем более – впервые для себя!
– Посмотрим! Я бросаю тебе вызов. И себе тоже… Я в лепёшку расшибусь, чтобы сделать так, чтобы ты согласилась. И ты это сделаешь! Это ведь так экстремально, ты не находишь?
– Очень самонадеянно звучит. Но посмотрим. Мы должны успеть обсудить это до начала сеанса. Чтоб я понимала, тратить мне сегодня деньги, или их потратит мой кавалер. Итак, к скольким часам ты за мной заедешь?
***
Я узнала досье на Синтию Грасс. История, которую она рассказала, подтвердилась. Её родители разошлись, она прописана в доме в Карридене и ходила там в школу. В Сети на неё ничего не было. Если она где-то что-то и печатала, то явно не под своим именем.
Что касается Родни Дамора, его я нашла с большим трудом. Оказывается, его полное имя – Раймонд. Никогда бы не подумала, что имя Раймонд можно сократить до Родни. Ему 18 лет, он уроженец Карридена, близких родственников не имеет. Родители умерли, опекуном был двоюродный брат отца, который проживает в Укосмо. За год до своего совершеннолетия Родни уехал в другую страну почти на десять месяцев. Ему дали рабочую визу, то есть фактически он уехал на заработки. Приглашающей стороной выступала компания "Волан", объединяющая студентов-волонтёров по всему миру. Виза закончилась в начале июля. Подтвердилась информация от Синтии, что Родни уезжал, затем возвращался. Подноготная Родни оказалась чистее некуда. Он нигде не успел официально поработать, кроме той волонтёрской организации. После окончания школы никуда не поступал. Никаких преступлений за ним не числилось. Я пробила его дядю, оказалось, что это очень приличный человек, работающий в государственном секторе на предприятии, на невысокой должности.
Синтия Грасс, Марк Хебб, Раймонд Дамор. По досье, самые обыкновенные ребята. Только с оговорочкой, что одна из них с привидениями общается, а ещё один – подозрительного вида блондин. В Родни много такого, что мне не понравилось. Его агрессия, с которой он кинулся на Пита. Взгляд, который он бросал с улицы на виллу Рискони – будто он уже знал, что мы там. Будто он знал эту виллу, был там. Он из этой троицы вёл себя самым невозмутимым образом!
Отпечатанные досье я оставила в той самой комнате, куда Рикардо принёс папки. Что он там намеревается найти? Эти трое – всего лишь подростки, на пару лет плюс минус старше нас с Ривелом. После усиленной умственной работы я направилась в спортзал и провела там час на тренировке. Когда идёт череда расследований, нужно оставаться в форме.
Вечер выдался тревожный. Мне два раза звонила мама Пита и спрашивала, не у меня ли он. Накануне я тоже безуспешно пыталась с ним связаться. На Базе он так и не появлялся. Самым пугающим было то, что и на вызов по рации он не отвечал! Неужели он попал в беду?
Время – почти восемь вечера. Что делать, если он не появится? Во время второго звонка госпожи Ривел её голос звучал уже более нервно, чем во время первого. И она настоятельно просила меня сразу ей позвонить, как только он объявится. Я бы очень хотела попросить её сделать то же самое – позвонить мне, если он объявится быстрее у неё, но сочла это слишком большим нарушением нашей конспирации. Ведь в этом случае госпожа Ривел заподозрила, что я догадываюсь, по какой причине и куда Пит исчез, и пришлось бы ей говорить всю правду о том, что мы – секретные агенты, Пит, возможно, ушёл на задание, и до сих пор не вернулся, поэтому я как его напарник и лучшая подруга, тоже за него переживаю.
Паршивенькое ощущеньице, карамба. Пятнадцать минут девятого. Может, он уже вернулся и сейчас на Базе?
Двадцать минут девятого. Хорошо ещё, что мои родители на несколько дней уехали по делам, до первого августа! Не придётся с ними объясняться, если мне нужно будет отлучиться ночью.
Я в очередной раз задумалась, а знаю ли я своего друга. Да, на днях этот вопрос не раз поднимался в наших с Питом шутках и дружеских подтруниваниях. Но в каждой шутке, как известно, только доля шутки! Мне всё время казалось, что я знаю Пита как облупленного. Сколько себя помню с раннего детства, Ривел всегда был моим друганом. Многому в нашей дружбе способствовало соседнее расположение домов, наш с ним одинаковый возраст и приятельские отношения между собой наших родителей. Ривел стал для меня вроде названного брата. Или кузена. И вот, на тебе – парадоксальная история: я по факту не очень-то много и знаю о нём.