Но это молчание уже затянулось куда больше, чем то было необходимо. Вообще когда люди слишком долго молчат, это значит, что им пора уже, наконец, выяснить отношения между собой, чтобы понять, как они на самом деле друг к другу относятся. Конечно, сейчас был случай совсем не из этой оперы, но у принца всё равно уже накопилось много вопросов к молодому музыканту и не терпелось их задать. К тому же, сведения, которые он мог получить в ходе этих расспросов, были для него действительно важны, он чувствовал это, да и без интуиции об этом было догадаться не так уж и сложно.
— Фельт? — позвал барда бастард.
— Да? Я слушаю тебя, — юноша повернулся лицом к собеседнику и улыбнулся. Улыбка эта была действительно искренней, но какой-то странной, даже показалось, что в ней сквозит потаённая печаль.
— Как долго я уже тут лежу без дела?
— А я всё думаю и жду, когда же ты задашь этот вопрос! Не беспокойся, в кому ты не впадал, всего-то пару дней. Обычно это не такое уж большое количество времени, чтобы пропустить нечто на самом деле важное, но ты всё-таки умудрился это сделать!
— Что ты имеешь в виду? — Адриан нахмурился и сел на кровати уже полностью, поставив ноги на пол. Это известие совсем ему не понравилось, он всё-таки надеялся, что в его, так сказать, отсутствие ничего стоящего не произойдёт, он глубоко ошибался.
— О, новостей, на самом деле, всего-то три, да и то одна из них напрямую связана с другой, но всё же хочется рассказать о них обеих. Для начала хочется сказать…о, да! Не знаю как тебя, но меня это событие обрадовало просто безмерно! Тебя приглашает на ужин сам король, который прибыл сюда на Праздник Музыки! Это просто невероятная удача. Ты так смотришь на меня, понимаю, что хочешь спросить у меня. Ага, теперь понимание. Всё верно, я иду туда с тобой, это мой шанс открыть себя миру. К счастью, мой друг одолжил свою лютню, а в моих записях уже давно есть замечательная поэма, которая только и дожидается своего часа, чтобы заблистать на небосводе в славном созвездии других именитых произведений, которые читает весь мир! Вот только для тебя эта встреча будет куда менее приятная, — Фельт сразу же нахмурился, с его лица в мгновение ока сошла радостная улыбка, а блеск в глазах сменился тлеющими огоньками где-то в самой глубине, — Его Величество, скорее всего, будет спрашивать тебя о вашем предприятии. Обо всём, что там произошло, с кем вы там встретились, почему от руин осталась лишь гора щебня, почему не вернулся Дезард. Вот, как мне кажется, вопросы, над которыми тебе стоит сейчас подумать. Почему именно тебя? Да это же проще простого! Скитальца сейчас нету в городе, вот потому король и не может с ним поговорить, хотя, безусловно, предпочёл бы именно его. Лиард сейчас и вовсе ни с кем не разговаривает. Сдаётся мне, что в память о своём брате, он примет такой же обет молчания. Хотя мне ли знать о том, что творится в голове у таких великих людей, как этот рыцарь? Вряд ли. Думаю, что я для этого слишком мелочный и ничтожный, но сейчас всё-таки не об этом. Я ещё не поведал тебе другие две новости. И если первая тебе показалась не слишком радостной, то эти и подавно могут привести к тому, что ты сейчас снова отключишься, но изволь хотя бы дослушать меня до конца и только потом уже падать в обморок или отгораживаться от окружающего мира! Обещаешь дослушать меня до конца, даже если это тебе не понравится? А я уже почти полностью уверен, что именно такую реакцию у тебя эта новость вызовет.
— Хорошо, я обещаю, — не думая ни секунды, кивнул головой бастард. Фельт смерил его подозрительным взглядом, но, видимо, поняв, что Адриан не собирается размышлять над своим обещанием по настоящему, вздохнул, покачал головой и продолжил свой рассказ.
— Так вот, новость заключается в том, что в Ланде началось восстание.
— Что?! — принц вскочил с кровати, но тут же пожалел об этом, у него закружилась голова, заболела раненая каменным осколком нога, и поэтому пришлось снова лечь обратно. Бастард поморщился, тут же упрекая себя за вспышку эмоций, на которые он сам себе уже давно наложил табу, хоть и сам вряд ли знал точную тому причину.
— Вот видишь! — торжествующе хлопнул в ладоши юноша, за что тут же удостоился не самого дружелюбного взгляда голубых глаз бастарда. — Говорил же, что эта новость всколыхнёт у тебя что-то внутри! Ты ведь сам оттуда, верно?
— Да и, кажется, я тебе уже об этом говорил, — недовольно проворчал Адриан.
— Не помню! — бард легко махнул рукой. — Но слушай меня дальше и на этот раз, прошу тебя, без перебивания, — Фельт шутливо нахмурился, как преподаватель в Академии, которого прервали на самом интересном (по его личному мнению, конечно) месте лекции.
— Я весь внимание.
