Особенно ужасно, когда тебе приходиться уже в течение примерно двух часов созерцать рожи «лучших представителей» четвёртой силы, которые каким-то совершенно немыслимым образом сумели пробраться в замок с помощью потайных подземных ходов, о которых не знал не то что, но даже хозяева не имели об этом чуде архитектуры ни малейшего представления и были удивлены не меньше меня, когда в обеденный зал, прервав при этом самым безобразным образом разговор умных и образованных людей (я решил остаться в замке барона на несколько дней, чтобы вместе с Рилианом отправиться в путь, именно тут меня и настигли вести о подавленном восстании и выступлении храмовников против нового короля и королевы, а, следовательно, и установленных ими порядков), ворвались эти типы, грозясь при этом прирезать всех, если хоть кто-то двинется с места…ну или только того, кто двинется. В их беспорядочном рёве и ругательствах этой детали я, к величайшему моему сожалению, не разобрал и считаю это просто ужаснейшей потерей для своего ума и эрудиции. Кстати, говоря о телодвижениях и нелитературных выражениях. Кое-кто из сидевших за столом в этот момент людей всё-таки рискнул встать и проверить, сдержат ли славные лихие ребята своё данное второпях обещание. Эти гады, мало того что были немытыми, грубыми и вообще неприятными, оказались ещё в придачу и жуткими лгунами. Хотя, может, это так мне показалось, и им просто-напросто не хватило упорства? Что же, это вполне может и так, но в любом случае они не прирезали не то что всех, им не удалось даже справиться даже конкретно с тем, кто проявил непослушание, а, если быть точным, с Рилианом, который, будучи хоть и молодым начинающим, но всё же паладином, а потому был по долгу, так сказать, службы обязан всегда носить с собой меч, который он тут же поспешил пустить в ход, ловко отразив направленные в него выпады. Надо сказать, что за то время, пока мы с ним не виделись, он развился не только духовно, но и его умения фехтовальщика теперь тоже были на высоте. Всего лишь несколькими быстрыми движениями ему удалось обезоружить троих. Четвёртый, стоявший в дверях, уже чуть было не всадил Рилиану арбалетный болт в спину, но тут уже пришёл мой звёздный час. Хотя, справедливости ради надо отметить, что бросок этот был не самым выдающимся из тех, что мне посчастливилось исполнить в своей жизни, а было их не так уж и много. Но, тем не менее, должный эффект возымел и он. Тяжёлый бокал врезался ему точно в лоб, он пошатнулся, а этого времени было достаточно, чтобы лишить оружия и стрелка. Хотя тот сразу же потянулся к кинжалу на поясе, но юный паладин легко срезал кожаный ремень, штаны упали вниз, утянув вместе с собой и спасительное оружие. Я уже тоже стоял на ногах и держал в руках то, от чего так ловко избавил мой друг этих типов, они же, видимо, поражённые до глубины души, не торопились пока оспорить обладание этими железками, хотя их было двое и ростом, как и весом, они превосходили меня едва ли не вдвое. Не то что бы я был каким-то маленьким и хиленьким, нет, для своих лет я был развит весьма и весьма хорошо, просто эти парни действительно походили на гигантов. Видимо, главарь банды осчастливил владельцев замка, послав на их захват своих лучших ребят. Вот только вряд ли он ожидал. Что какой-то парнишка с лёгким мечом (помнится, раньше Рилиан и вовсе предпочитал только рапиры и шпаги, которые, тем не менее, годились разве что для дуэлей, ибо были крайне неэффективны даже против лёгкой кожаной брони) так ловко и быстро разделается с ними. Я тут же отметил про себя сообразительность моего друга, ведь он мог убить этих бандитов прямо тут, но не сделал этого, поскольку их можно было использовать в качестве спасительного ключа, который позволит нам выбраться из этой ловушки. Хотя, вполне возможно, что сделал он это не из этих глубоко корыстных рассуждений, а из чисто паладинской чистоты, что теперь мне казалось более вероятным, но ведь в любом случае теперь они всё равно могли выполнить свою роль, так какая к Бартасу разница, почему он оставил их в живых? Вот теперь их ещё неплохо было бы чем-нибудь связать. О! Какое замечательное совпадение — у одного из слуг, который по счастливой случайности…а нет, он упал в обморок, так и не договорив, очень и очень жаль. Хотя я всё равно был не уверен, что эти громилы подпустят кого-нибудь к себе на расстояние вытянутой руки без попытки этой самой рукой выбить приблизившемуся к дикому зверю все зубы, сломав попутно нос, оставив фингалы под глазом и рассечённую губу с бровью. Поэтому пока придётся обходиться тем немногим, что у нас есть — а если быть точным, то самострелом, которым вооружился какой-то ещё один старый слуга, видимо, личный дворецкий самого барона Танруда, и двумя мечами, которые мы отобрали. Заставили их отойти куда-то в угол, оставив под пристальным вниманием слуги с арбалетом, мы с Рилианом вернулись к столу, подойдя ближе к обнявшимся матери и дочке. Барон как раз пытался их успокоить. Думаю, Рилиан тоже бы это сделал, но, поймав мой взгляд, сразу же понял, что сейчас это не самая лучшая и рациональная трата времени. В данный момент надо было действовать как можно более решительно и быстро. Каждая секунда промедления могла кончиться тем, что сюда ворвутся остальные члены банды, заждавшись своих дружков, и вот тогда уж точно «поминай как звали». Никто из нас этого не хотел. В голове моей лихорадочно заработал механизм, который на выходе должен был дать мне идеальный план освобождения, но вот то ли я шестерёнки давно не смазывал, то ли попало туда что-то, но я никак не мог ничего придумать, и это чувство беспомощности по-настоящему злило меня. Но, пока ничего я с этим поделать не мог, а значит, всё-таки немного время потянуть придётся, иначе они точно что-нибудь сделают не так и в итоге погибнут. К тому же, кое-какие идеи всё-таки мой механизм выработал.
