С ним я ещё не виделся после возвращения, поэтому мы довольно долго общались, пока он подготавливал все необходимые мне заготовки.
Заметив на стене почти готовый доспех, поинтересовался, нужна ли ему помощь. Ответом было то, что он и сам почти закончил.
То, что делает старик Александр — это не просто изобретение. Это изобретение, опережающее на целые столетия весь прогресс Земли, поэтому в его проектировке и создании нужна особая тщательность.
Он не просто создаёт броню, но и прокладывает внутри неё особые каналы и соединения для рун, рунных связок, а также кристаллов.
Из кузницы старик вообще практически не выбирается. Выбрался только один раз, когда были открыты разломы. А так, порой и засыпает тут. И ведь ему даже не прикажешь беречь себя, потому что если отдашь такой приказ, то огонь в его глазах может и потухнуть…
Старик Александр уже долго живёт, и он наконец нашёл то, к чему стремился всю жизнь, а значит я просто не в праве гасить этот огонь.
Когда заготовки были закончены, забрал их и пошёл к источнику. Тот был настолько «рад» меня видеть, что я почувствовал тепло ещё до того, как открылась дверь. А затем, когда вошёл, не смог отделаться просто «посмотреть», что там с ним, и в итоге сел работать рядом.
Не знаю, может просто устал, может ещё чего, но у меня появилось ощущение, что источник словно наблюдал за тем, что я делаю. Я не стал на этом зацикливаться, так как не чувствую какой-то опасности, поэтому занялся своей работой.
Я специально не стал сильно погружаться в эту работу, делая лишь руны на печатках, чтобы не пропасть на пару дней в забытье.
Впрочем, я и так просидел в итоге до раннего утра.
Когда понял это, оставил свои заготовки, встал и пошёл наверх. Алиса с Инкаром спали в моей комнате в обнимку. Посмотрев некоторое время, не стал их будить, а просто отправился перекусить.
Закончив с перекусом, вновь вернулся к своей работе. По итогу закончив за всё время до отведённого времени вечером четыре печатки и четыре ядра.
После открытия разломов мои люди добыли ещё два ядра, поэтому у меня хватило их на все заготовки.
Забрав заготовки, оставил их в хранилище, а потом пошёл наверх, собираться.
Все те, кто хотел попрощаться с Михаилом и Алисой, уже были в замке.
— Эйр, — остановил я куда-то бредущую сестру. — Ты выкачивала энергию из Алисы.
— Да, — сестра отвела взгляд в сторону. — Также я поставила на неё две печати, чтобы энергия собиралась в них и ей не нужна была наша регулярная помощь.
Я удовлетворённо кивнул и пошёл наверх.
Аня сидела в комнате и выглядела грустной, но всё равно улыбнулась мне.
Все привыкли к девочке за это время, но, если она сама этого хочет, мы не имеем права удерживать её. Да и это не навсегда, а на какое-то время. Я в любом случае не оставлю Михаила и Алису без присмотра, поэтому мы всегда сможем их навестить.
— Тебе осталось недолго до предвысшей, — заметил я, закончив переодеваться.
— Ммм? — Аня внимательно посмотрела на меня. — А… Да… Я уже чувствую, что подобралась к барьеру. Всё же этот артефакт, — девушка посмотрела на палец, — что-то с чем-то.
— Артефакт всего лишь инструмент, — заметил я. — Ты и без него достаточно талантлива.
— Нет, — Аня помотала головой. — Я не знаю, осознаёшь ли ты сам, какую вещь создал или нет, но с печаткой я стала чувствовать всё в разы… Ярче. Не знаю, как это объяснить. Словно раньше я дышала не полной грудью.
Я задумался над её словами и, подойдя поближе, взял за руку, разглядывая печатку.
Вот только в ней не было ничего необычного и ничего странного, а значит просто влияние моей энергии.
— Серёжа…
— Да? — спросил я.
— Я хочу потом с тобой серьёзно поговорить на одну тему, ты не против? — словно смутилась и одновременно замялась она.
— Нет, — пожал я плечами. — Как будешь готова — я выслушаю. А сейчас нам пора.
Она кивнула, и мы пошли вниз, в подвал. Когда спустились, Алиса уже была с Михаилом внутри его камеры и они весело общались. Мы с Аней встали у двери, невольно подслушивая разговор.
— Папа, а мы сюда ещё вернёмся? — спросила девочка.
— Думаю, что да, — ответил ей Михаил. — Прости, что тебе вот так приходится оставлять всех тех, к кому ты привыкла…
В его голосе была слышна печаль, но, как отец, он сделал свой выбор, решив уберечь ребёнка от ужасов войны.
— Ничего страшного, папа! — весело ответила Алиса. — Тётя Аня, тётя Эйр, тётя Тина, дядя Гриша, дядя Кирилл и дядя Славка многому меня научили!
Дядя Славка звучало довольно смешно, поэтому Аня не удержалась и улыбнулась.
— А… граф Вяземский… Он чему-то тебя научил? — осторожно спросил Михаил.
Видимо хочет удостовериться, что я не промывал мозги его дочери.
Алиса на какое-то время задумалась.
— Он мне как второй папа и научил больше, чем кто-либо, — наконец выдала она абсолютно серьёзно.
Аня улыбнулась и покачала головой, смотря на меня.
— Даже так? — тихо засмеялся Михаил. — Видимо, мне стоит сказать графу спасибо за то, что он был рядом, пока я не мог.
